Дверь, выделяя густой пар, с шипящим звуком отворилась, и Реми нырнула внутрь, сгребая в объятия поднявшегося Дмитрия. Её не смутил его запах, а сердце сжалось, когда она поняла, как истощал родной человек. Как уменьшился и постарел за месяцы заключения.
– Я пришла вернуть тебя домой, папочка, – шептала она, а на его попытки вразумить её бежать, добавила: – Как я могла оставить тебя здесь?!
– Реми, они вернутся за тобой. Балвор знает, кто ты. Знает, насколько ты опасна. И избавится от тебя, когда вы с братом сделаете то, что ему нужно! – с убеждением говорил Дмитрий. Он так устал, что едва мог двигаться и соображать. – Раз вы здесь, значит порталы открыты. Уходите обратно на Землю и скройтесь там как можно скорее!
– Поднимайся, мы уходим, – отмахнувшись от его слов, ответила девушка. Она подхватила его руку себе за шею, помогая подняться. – Тебе нужно продержаться всего ничего, а там мы окажемся дома.
Она помогла ему добраться до выхода, у которого он застрял, пытаясь что-то сказать. Но увидев упрямство на лице повзрослевшей дочери, откинул сомнения и шагнул за пределы камеры. Там его перехватили Сычёвы. Роберт так никого и не нашёл, и от этого сильнее раздражался на медлительность старика.
– Реми, послушай, твои сны…
– Да, я всё знаю о них, – нетерпеливо перебила отца девушка, пока они быстрым шагом направлялись к выходу.
– Я пытался уберечь тебя. В ту ночь, когда ты вышла из огненного разрыва, они хотели тебя убить. Балвор верит в старое предсказание, по которому один из его детей откроет извращённые двери, распечатает врата огня и пепла, чтобы скверна опалила междумирье, стирая границы в порошок. После всего, он уверен, что это ты. Но я не верю в предсказание, мы сами вершим свою судьбу, ты не обречена сделать это. Понимаешь? Я хотел защитить тебя и вырастить человеком, чтобы тебе не пришлось участвовать во всём этом. Годами пытался найти выход, но ошибался с самого начала. Ни в одной запрещённой книге нет ответа. Он есть в тебе. В том, какие решения ты принимаешь, как поступаешь…
Добравшись до лифта, Дмитрий раскашлялся, прикрывая рот кулаком. Реми внимательно слушала его бессвязные слова, не улавливая смысла, кроме одного. Понимала ли Алисия то, что должно было случиться в ту ночь? Знала ли её мать, что Балвор намеревался убить дочь, считая её предвестником бед? Но ведь в детстве у неё не было отметин скверны. Как она попала в тот разрыв? И откуда вернулась?
Двери захлопнулись в тот момент, когда над зданием пронёсся низкий утробный гул, и его ощутимо тряхнуло. Дмитрий прислонился к стенке, ощущая, как натужено разгоняется лифт, отправляя их на крышу.
– Они идут, – устало прошептал мужчина, и свет в кабине померк.
* * *
Косте было странно видеть, как на глазах меняется его милая сестра, в детстве страшащаяся змей и пауков, а в юности думавшая только о пении и сверстниках, игнорируя обязанности цесаревны. Сейчас она уверенно держала за горло якшарас и о чём-то с ним говорила на их языке, сплошь состоящем из шипящих и растянутых гласных. Когда мужчина попытался дёрнуться, Костя придвинул осколок стекла к стыку между защитных пластин в военной форме якшарас и отрицательно мотнул головой.
– Он ничего не знает о Вивьен, – разочарованно фыркнула Кристи, отступая назад. – Однако говорит, что все силы стягивают к Оклюксам. Не разобрать, что конкретно имеется ввиду. Одно ясно: Балвор что-то затеял и, если мы хотим убраться отсюда, придётся прорываться с боем.
– Отец знает, что мы задумали. Здесь повсюду камеры, – хмуро кивнул Рене, а потом одним хлёстким криком вырубил якшарас. – Отступать поздно. Идём на прорыв.
– Без Вивьен? – удивилась Кристина.
– Что-то мне подсказывает, она будет там.
Достаточно освоившись с работой лифта, сэвы отправились на крышу, через которую по крытому мосту можно было добраться до купольного зала Оклюкса, находящегося в соседнем здании. Оказавшись наверху в небольшом коридоре, Рене замешкался, поглядывая на стеклянный купол крыши. Сестра отсутствовала больше получаса.
– Интересно, Реми нашла отца? – протянул Костя, вставая рядом с Рене.
– Абсолютно в этом уверен. Реми не уйдёт без Птицееда, и Балвор даст им возможность воссоединиться, – заметив непонимающий взгляд Кристины, Рене пояснил: – Мы действуем в полном соответствии с планами отца, поэтому здесь нет охраны, стражи и боевых якшарас. Всё, чтобы мы благополучно и как можно скорее добрались до Оклюкса, сохраняя веру в свои силы. Надежду. Балвор тот ещё садист, – последнюю фразу Рене прошептал, вспоминая, как убеждал его отец в том, что пойдёт на пользу Реми. Одного парень не понимал – как он мог ему поверить.