Сыграем полностью

Что-то было не так. Я поняла это в тот самый момент, как только зашла в квартиру. Одной рукой я включила свет, а другой — кинула свою сумку на диван. После тускло освещенного коридора резкий яркий свет меня ослепил. У меня перед глазами замелькали небольшие вспышки света. Когда они исчезли, моему взгляду открылось пустое пространство... пусто было там, где еще этим утром были вещи.

Например, диван.

Моя сумка упала на пол, и все ее содержимое вывалилось наружу: тампоны, мелочь, ручки и косметика. Дезодорант закатился в угол. В теперь уже пустующий угол, так как находившийся там раньше столик с телевизором исчез. Мой стол и стулья в стиле ретро из секонд-хенда остались на месте, точно так же, как и мой забитый битком книжный шкаф, но все равно большая часть комнаты была пуста.

— Скай?

В ответ тишина.

— Какого хрена? — Тупой вопрос. То, что здесь произошло, было кристально ясно. Напротив того места, где я стояла, находилась настежь распахнутая дверь комнаты моей соседки по квартире. Внутри ничего — только темнота и клочья пыли. Нет смысла отрицать очевидное.

Скай меня кинула.

Мои плечи поникли, когда я осознала, что вся ответственность за двухмесячную задолженность по аренде квартиры и коммунальным платежам полностью легла на мои плечи. Мое горло сжало судорогой. Так вот значит, что чувствуешь, когда тебя кинула близкая подруга. Я едва могла дышать.

— Энн, можно у тебя одолжить бархатное пальто? Я обещаю, что буду... — Лорен, моя соседка по площадке, шагнула внутрь (у нее не было привычки стучаться). Затем она, как и я, застыла на месте, как вкопанная.

— А где твой диван?

Я глубоко вздохнула, а затем медленно выдохнула. Это не помогло.

— Полагаю, его забрала Скай.

— Скай съехала?

Я открыла рот, чтобы ответить, но, на самом деле, о чем тут говорить?

— Она съехала, и ты об этом ничего не знала? — Лорен вскинула голову, тряхнув копной длинных темных волос. Я всегда завидовала тому, какие у нее волосы. Мои были рыжевато-светлыми и тонкими. Если они отрастали ниже плеч, то висели сосульками, как будто я засунула голову в ведро с жиром. Поэтому я всегда отращивала их только до подбородка.

Не то чтобы волосы имели значение.

Оплатить аренду — имело значение.

Наличие продуктов — имело значение.

А прическа? Не очень-то.

Мои глаза защипало, предательство ранит очень сильно. Мы со Скай были подругами на протяжении многих лет. Я ей доверяла. Мы сплетничали о мальчиках и делились секретами, плакали друг у друга на плече. У меня просто не укладывалось все это в голове.

Хотя все понятно.

Это было очень больно признавать.

— Нет, — мой голос звучит незнакомо. Я с трудом сглатываю застрявший в горле ком. — Я не знала, что она собирается съезжать.

— Странно. Вы ведь всегда так хорошо ладили.

— Ага.

— Почему она тогда сбежала?

— Она задолжала мне денег, — призналась я, опускаясь на колени, чтобы собрать обратно содержимое своей сумки. Не для того, чтобы помолиться Богу. Я уже давно в нем разочаровалась.

Лорен ахнула.

— Ты шутишь! Вот грязная сучка!

— Детка, мы опаздываем, — Нейт, еще один мой сосед по площадке, заполнил собой дверной проем, нетерпеливо поглядывая на Лорен. Он был высоким, хорошо сложенным парнем с характером. Обычно я завидовала Лорен из-за ее парня, но сейчас все очарование Нейта не могло оказать на меня никакого воздействия. Я была так подавлена.

— Что происходит? — спросил он, осматриваясь. — Привет, Энн.

— Привет, Нейт.

— А где все твое барахло?

Лорен всплеснула руками:

— Скай забрала ее вещи.

— Нет, — поправляю я, — Скай забрала свое барахло, но она взяла мои деньги.

— Сколько денег? — спросил Нейт, и от гнева его голос звучал на октаву ниже.

— Достаточно много, — ответила я. — Я давала ей в долг с тех пор, как она потеряла работу.

— Вот дерьмо, — пробормотал Нейт.

— Именно, — именно так.

Я подобрала с пола свой кошелек и открыла его. Шестьдесят пять долларов и один блестящий четвертак. Как я могла это допустить? Моя заплата, которую получила в книжном, уже истрачена, а сумма кредита на карточке достигла максимально допустимой отметки. Лиззи нужно было вчера заплатить за учебники, и я не смогла ей отказать.

Этим утром я сказала Скай, что нам надо поговорить. Весь день потом я чувствовала себя из-за этого дерьмово: все внутренности скручивало в жгут. Потому что, по правде говоря, во время нашего утреннего разговора мне пришлось ей сказать прямо, что она должна занять денег у родителей или у своего нового бойфренда-пижона, чтобы вернуть мне долг. Я больше была не в состоянии платить за нас обеих аренду и покупать продукты, пока она искала новую работу. Ей также нужно было попроситься к кому-то из них пожить. Да, я, можно так сказать, давала ей пинка под зад, не оставив выбора. Чувство вины висело камнем на душе.

Очень иронично, правда?

Каковы были шансы, что она испытывала угрызения совести, кинув меня? Никаких.

Я закончила собирать содержимое своей сумочки и застегнула ее на молнию.

— Ах, да, Лорен, пальто висит у меня в шкафу. Ну, я надеюсь, что все еще висит. Можешь его взять.