Этот намек разозлил Вихалека. Он повернулся и пошел к конторе, чтобы забрать Франца Вурглавеца. Но того на условленном месте не было.
Глава пятнадцатая
Бетрай терпит неудачу
Франц между тем вернулся на площадку перед конторой. Отсюда открывался более широкий вид на объекты стройки. Он прикидывал, где бы ему хотелось работать.
Перед бараком сейчас стояли два лимузина: Секанина приехал в служебной машине Хольтера, велев своему шоферу следовать за ним. В одной из машин были открыты две дверцы. Франц уже собрался заглянуть, как там все устроено внутри, но тут из конторы вышел высокий полный человек, сел в машину и уехал.
Дверцы второго лимузина были закрыты.
Франц хотел уже вернуться к куче досок, возле которой договорился ждать десятника, как вдруг увидел машину, на бешеной скорости мчавшуюся к бараку. За ней вилось облако пыли.
Франц сразу узнал машину Бетрая. И обрадовался: наконец появится кто-то, кого он все-таки знает лучше, чем здешних людей.
Бетрай резко затормозил перед инженерным бараком. Шины заскользили по гравию, и машина остановилась только у самых дверей. Бетрай выскочил и бросился в барак. Франц разочарованно смотрел ему вслед.
Шофер «мерседеса» живо поднял стекла, чтобы пыль не попала внутрь. Потом он вылез, стал позади машины, как в укрытии, не спуская глаз с барака.
Франц тоже почувствовал: что-то должно случиться. Потому что вид Бетрая, опрометью вбежавшего в барак, был весьма далек от нормы.
Сначала ничего не происходило.
Но немного погодя сквозь открытую дверь барака донесся шум. Гул голосов, среди которых отчетливо выделялся голос Бетрая.
— Вы свиньи! Сволочи, преступники!
Его голос стал еще громче.
— Пустите, собаки, трусы!
Голоса приблизились к выходу. В авангарде этого шума в дверях появился Хольтер. Он утратил свою обычную осанку и, похоже, хотел только как можно скорее убраться отсюда. Шофер немедленно подскочил к дверце и открыл ее.
Бетрай, боясь упустить Хольтера, выскочил и побежал что было духу.
Хольтер уже сидел в машине. Едва шофер дал газ, как другая машина загородила «мерседесу» дорогу: Бетрай успел вскочить в свою и с молниеносной быстротой пустить ее наперерез машине Хольтера, словно хотел стукнуть ее. Потом вылез и медленно пошел к «мерседесу». Но остановился чуть поодаль, чтобы не пугать Хольтера. Инженер опустил стекло.
— По крайней мере скажите мне правду! — потребовал Бетрай.
— Вы, кажется, собрались меня допрашивать, — сказал Хольтер.
«Только никаких уступок, — подумал он, — никаких проявлений человечности, надо брать пример с Секанины».
Бетрай заверил Хольтера, что ни о каком допросе и не помышлял, а просто хотел с ним поговорить. Хольтер оставался глух. В конце концов Бетрай понял, что говорить и вправду больше не о чем и что он проиграл.
— Но деньги я хотя бы получу? Восемь тысяч шиллингов комиссионных!
Бетраю пришлось взять себя в руки, чтобы не впасть в просительный тон.
— Это зависит от вас, — сказал Хольтер. — Вы можете прислать нам свои требования. А мы пришлем вам свои. Ибо ущерб, который вы нанесли фирме здесь, в бараке, безусловно, превышает сумму в восемь тысяч шиллингов.
Бетрай сел в машину и уехал. Некоторое время еще было слышно, что он забыл вторую скорость переключить на третью.
Не застав Франца на условленном месте, Вихалек выругался. Но утешил себя тем, что Франца и так уже определили к десятнику каменщиков Мершнигу и ему не придется больше скандалить с парнем. Опять увидев Франца на доске перед конторой, он все же высказал ему свое мнение. Но Франц слушал его вполуха.
Мершниг не стал долго говорить с Францем. Он отвел его к бригадиру, у которого Францу предстояло работать, и сказал:
— Вот это Бенда.
Бригада занималась отделкой фасада. Бенда был еще скупее на слова, чем десятник. Он указал Францу его место на лесах и тут же снова взялся за работу.
На своих новых товарищей Франц произвел впечатление довольно рассеянного человека. И если бы он не работал быстро и безукоризненно, его бы уже через час выгнали из этой бригады. В конце концов, они ведь работают сдельно!
Мысли Франца и вправду были далеко. Он то и дело вспоминал все, что произошло перед инженерным бараком. Во всяком случае, он понял, что Бетрай вылетел из этой фирмы, и ему казалось странным, что именно тот человек, который привел его сюда, больше здесь не служит.
К полудню он достаточно устал и проголодался, чтобы вспомнить и о другом: о завтраке, лежащем в сумке. Когда в обеденный перерыв можно было наконец взяться за еду, он подумал, что пока еще очень мало общался со своими новыми товарищами. И решил наверстать упущенное. Но сделать это было не так уж просто.
У остальных рабочих, разумеется, сложилось свое мнение по поводу странного поведения Франца. А Бенда к тому же направил эти мысли в определенное русло.
— Наверно, это шпик, которого к нам подсадило руководство. И чтоб не сразу провалиться, он предпочитает помалкивать.
