Сын Люцифера полностью

"Братья"?! — молнией сверкнуло в голове у Тронева. — Господи, это сектанты! Так это правда!?..

Последнее время ему постоянно звонили какие-то странные личности и угрожали. В ящик тоже время от времени письма подбрасывали с проклятиями и угрозами. Естественно, всё насчёт картины. Какие-то то ли "Братья во Христе", то ли "Братство во Христе"… секта, в общем, какая-то. Непонятно, откуда они о ней вообще пронюхали. О картине. Выставок-то он никаких не делал ведь публичных. Только собирался. Впрочем, у него тут постоянно на квартире люди разные тусовались, и картину он многим показывал, так что, чего удивляться…

Но он полагал, что это просто шутка чья-то дурацкая, каких-нибудь завистников или конкурентов. Какие там ещё “сектанты”! Ну, скинхеды или просто обычные бандиты — ещё понятно. Но сектанты?! В наше время? Они же неагрессивные!? Молятся, там, себе… Песенки разные поют… Псалмы…

"Неагрессивные"!.. (Живот болел нестерпимо.) А чего им от меня надо-то было?.. — лихорадочно стал вспоминать Тронев. — "Автор такой сатанинской картины недостоин жить на земле! И возмездие не заставит себя долго ждать! Оно неотвратимо!" — тут же припомнились ему строки из последнего письма. — Ёбаный в рот! Не убивать же они меня, в самом деле, пришли?!.. Не может быть!!

Он повнимательнее посмотрел на своих непрошеных гостей.

Зомби какие-то! Не эмоций, ничего! Стоят вокруг картины и тупо на неё таращатся. Даже между собой не переговариваются. Как неживые. Братцы, блядь! По разуму.

Один сектант вдруг посмотрел на замершую Машу, толкнул локтём другого, вероятно, старшего и, молча переглянувшись с ним, указал глазами на девушку. Тот тоже повнимательнее вгляделся в неё. Глаза его широко раскрылись. Он перевёл взгляд на картину… потом опять на девушку…

Узнали!.. — с замиранием сердца понял Тронев.

— Ведьма! — с ненавистью выдохнул старший сектант, широко размахнулся и изо всех сил ударил девушку по лицу. Та вскрикнула и отлетела в угол комнаты.

В ту же секунду Тронев метнулся в противоположный угол, и прежде чем кто-либо успел его остановить и вообще понять, что происходит, быстро выхватил там что-то из стоявшей на полу коробки и сделал руками какое-то короткое движение.

— Тише, уроды! — негромко, сквозь зубы процедил он, видя, что опомнившиеся наконец сектанты дёрнулись было к нему, и показал правую руку с зажатой в ней гранатой. Сектанты замерли. –

Знаете, что это такое? Граната Ф1. Осколочного действия. В просторечии, лимонка. Радиус поражения 200 м. (Троневу невольно припомнился мрачный и вечно то ли пьяный, то ли обдолбанный чем-то Витька Конев. Бывший афганец. Сующий ему насильно эту гранату. "Зачем она мне?" — удивлённо отпихивается Тронев. — "Пригодится!" Вот и "пригодилась".)

А это знаете, что? — он разжал кулак левой руки —

Колечко. От этой самой гранаты. Вот если я сейчас правую ручку разожму, через 4 секунды в этой комнате никого в живых не останется, — он подошёл к окну и выкинул кольцо в форточку. —

Всё ясно? Так что ведите себя спокойно и не дёргайтесь, — он пошёл прямо на расступившихся перед ним сектантов, закрыл дверь комнаты и небрежно прислонился к ней спиной. —

Во-от так! Это, чтобы вы убежать сдуру не вздумали. Всё равно не успеете, но мало ли… Чтобы искушения у вас даже такого не возникло!

Теперь слушайте меня внимательно, козлы! Сейчас девушка уйдёт отсюда, а потом я вас отпущу. Всё ясно?

Сектанты молчали.

— Я спрашиваю: всё ясно? — повысил голос Тронев.

— Ты заплатишь за это! — тихо, по-змеиному прошипел старший сектант. — И ведьма эта тоже. От нас не уйдёт.

— Не уйдёт, не уйдёт!.. — успокоил его Тронев. — И я заплачу. В своё время. А теперь стой спокойно и заткнись. Заткнись, я сказал! — угрожающе произнёс он, видя, что сектант собирается ещё что-то говорить. — А то я сейчас подойду и этой самой лимонкой тебе все зубы вышибу. А твои дружки будут стоять рядом и на всё это глазеть. И сам ты будешь передо мной по стойке смирно стоять, навытяжку, зубы свои глотать и пальцем даже не шевельнёшь! Богу своему молиться будешь, чтобы у меня рука ненароком не дрогнула, и я гранату не уронил. А?.. Как тебе такая перспективка?.. То-то же, урод!

Ты как? — посмотрел он на с трудом поднимающуюся с пола девушку. — Идти сможешь?

— Да, — пробормотала та, вставая и вытирая лицо. Губы её были разбиты. Из носа тоненькой струйкой текла кровь.

— Иди в ванную, умойся, — посоветовал ей Тронев. — А потом уходи отсюда. Бери картину и уходи. В коридоре холст только из рамы вынь и в сумочку засунь, чтобы на улице не светиться. Будешь на безопасном расстоянии, позвони мне на мобильный. Только выходи осторожнее. Посмотри, может, внизу кто-нибудь ещё их этих братьев караулит. Но они тебя в лицо не знают, так что выходи просто спокойно, как ни в чём не бывало, и всё.

— А ты как? — девушка в ужасе переводила глаза с Тронева на пятерых замерших сектантов и на лимонку в его руке.

— Обо мне не беспокойся! — беззаботно улыбнулся её Тронев. — Иди. Иди-иди! — настойчиво повторил он, видя, что девушка в нерешительности медлит. — А то у меня рука уже устала. Гранату держать.