Он притворился, что устал, начал дышать тяжелее, ниже держать меч. Братья ободрились и перешли в активное наступление. В нужный момент Виктор схватил одного из них за плечо и дернул на себя, подставив под удар меча его брата.
Клинок пронзил близнеца насквозь. Второй брат завыл от горя и ярости, бросился на Виктора без всякой осторожности. Кровопийца встретила его точно в сердце.
— Брат... — прошептал умирающий, протягивая руку к телу близнеца. — Прости... я не хотел...
Пятого врага Виктор убил быстро — гигантского воина с молотом, который больше полагался на силу, чем на ловкость. Использовав скользкий лед, Виктор заставил великана потерять равновесие и добил его лежачего.
Шестой противник оказался труднее всех. Телохранитель Ульфа, воин среднего роста, но невероятно быстрый и опытный. Его меч двигался как молния, а щит всегда оказывался в нужном месте в нужное время.
Они кружили друг против друга долгие минуты, обмениваясь ударами, но никто не мог взять верх. Виктор чувствовал, как усталость наливает мышцы свинцом. А враг дрался свежо, словно только что вступил в бой.
— Ты хорош, Громовый Медведь, — признал телохранитель. — Но Ульф-ярл платит мне не за красивые поединки, а за результат.
Он достал из-за пояса кинжал и метнул его в Виктора. Тот едва успел отклониться — клинок просвистел у самого уха. Но это было отвлекающим маневром. Настоящий удар шел снизу, целя в живот.
Виктор отскочил, но лезвие все же полоснуло его по боку, разрезав кольчугу и кожу. Кровь потекла теплой струйкой.
— Первая кровь за мной, — усмехнулся телохранитель.
— И последняя тоже, — отозвался Виктор.
Он сделал вид, что рана серьезнее, чем есть на самом деле, и согнулся, прижимая руку к боку. Телохранитель поверил обману и бросился добивать противника.
В последний момент Виктор выпрямился и встретил врага Кровопийцей. Клинок вошел в грудь телохранителя по самую рукоять.
— Хитро, — прохрипел умирающий. — Достойно... воина...
Теперь между Виктором и Ульфом не осталось препятствий. Железнорукий стоял в центре поля боя, опираясь на меч. Вокруг лежали тела павших с обеих сторон — бой уже близился к концу.
— Семь воинов, — произнес Ульф с уважением в голосе. — Семь хороших людей пали от твоего меча, Виктор Громовый. Я не видел такой ярости в бою со времен своей молодости.
— Восьмым будешь ты, Железная Рука, — ответил Виктор, вытирая кровь с лица. — Если хватит мужества не прятаться за спины дружинников.
Ульф расхохотался — звук получился хриплый, словно лай старого волка:
— Мужества? Да я дрался с медведями, когда ты еще под стол пешком ходил! Просто хотел посмотреть, на что ты способен. Теперь вижу — молва о тебе не врала.
Он поднял меч и железную руку:
— Ну что, сын Эйнара, покажем этим щенцам, как дерутся настоящие воины?
— Покажем, — согласился Виктор.
Они сошлись медленно, осторожно, как два старых хищника. Каждый знал цену поспешности в поединке такого уровня. Первый удар нанес Ульф — классический выпад в грудь. Виктор парировал и ответил рубящим ударом по шее. Железная рука успела подставиться, металл зазвенел о сталь.
— Неплохо, — одобрил Ульф. — Но этого мало.
Он атаковал железной рукой, целя в висок Виктора. Тот пригнулся, удар прошел над головой, и в ответ полоснул мечом по бедру противника. Кольчуга выдержала, но Ульф дрогнул.
— Возраст, — вздохнул старый воин. — Раньше бы я этого удара не пропустил.
— Еще не поздно сдаться, — предложил Виктор.
— Железный Волк не сдается, — гордо ответил Ульф. — Лучше смерть, чем бесчестье.
Поединок продолжался. Удар за ударом, финт за финтом, два мастера демонстрировали искусство боя, отточенное десятилетиями войн. Но время работало против Ульфа. Ему было под шестьдесят, тогда как Виктору не исполнилось и тридцати. Молодость брала свое.
Решающий момент наступил внезапно. Ульф попытался провести сложную комбинацию — удар мечом, подхват железной рукой, добивание коленом в живот. Но на третьем движении споткнулся на скользком льду.
Виктор не упустил шанс. Кровопийца вонзилась в грудь Ульфа между пластинами доспеха, прямо в сердце.
Железнорукий медленно опустился на колени, не выпуская меч из руки. Кровь текла изо рта, но глаза оставались ясными.
— Хорошо дрался, — прохрипел он. — Достойно... Но помни, сын Эйнара... боги видят все. Не дай гордыне погубить себя... как она погубила меня когда-то...
Он замолчал, голова склонилась на грудь. Железная рука со стуком ударилась о лед.
Виктор почтительно закрыл глаза мертвому врагу. Ульф был достойным противником, заслуживавшим уважения даже в смерти.
Вокруг стояла тишина. Бой закончился. Остатки клана Железного Волка — не больше десятка воинов — сложили оружие к ногам победителя.
— Клянемся именем Одина, — произнес старший из них, — что больше не будем оспаривать ваше право на охотничьи угодья. Пощадите нас, Виктор Громовый, и мы станем вашими людьми.
Виктор кивнул. По законам войны он мог перебить всех пленных, но это было бы расточительством. Хорошие воины всегда нужны.
— Принимаю вашу клятву, — сказал он. — Служите честно, и забудем прошлую вражду.
