Везёт мне на фамилии австрийских посланников. Действительно, обхохочешься. Только современники не поймут моего веселья. Фамилия постоянного представителя императора Леопольда — Принтер, а вчера в расположение русской армии прибыл Штадион. Ага, это не шутка. На самом деле гостя зовут граф Франц Иоганн фон Штадион, а по совместительству он сын самого магистра Тевтонского ордена. Я и не знал, что наследие крестоносцев ещё существует. Оказывается, после перехода магистра Альбрехта Гогенцоллерна в протестантство и образования герцогства Пруссия, штаб-квартира ордена перебралась в Вюрцбург, что в Баварии. Но некогда мощная организация превратилась в обычную коммерческую структуру, ведь имущества и средств на территории СРИ у потомков рыцарей хватало.
Сейчас меня больше интересует сам факт посольства, а не предания старины суровой. Наверное, в Вене перестали доверять способностям Принтера, вот и прислали нового человека. Понятно, что делегация австрийцев не свалилась мне как снег на голову. Её пришлось встречать на границе с Трансильванией, предоставившей коридор и обеспечившей безопасность человеке императора.
А ещё эльзасец на австрийской службе оказался излишне наглым товарищем. Может, у Франца проблемы с географией или головой? Это русская армия стоит на Дунае, а австрийская недавно потерпела поражение под Белградом. Понимаю, что Вена обеспокоена и даже напугана моими договорённостями с Кантемиром, а также контактами с правителями Валахии и Трансильвании. Последний вообще союзник султана и давно воюет против Австрии. При этом Тёкели с трудом контролирует половину Семиградья, где традиционно мутят воду бояре. Зато беспокойный князь держит под контролем Восточную Венгрию, Словакию и часть Закарпатье. Дабы не запутаться, я применяю названия из своего времени.
Понятно, что австрийцы в итоге возьмут своё. По крайней мере, Банат и Венгрию они отобьют. Только будущие успехи и сегодняшняя мощь империи Габсбургов не может быть причиной неадекватного поведения посла. Фон Штадион открыто не хамил, но выражался таким тоном, будто делает мне одолжение, ещё и презрительно взирал на русских. Это он зря. Если кто-то думает, что Федя боится Австрию, Францию, Голландию или самого дьявола, то он сильно ошибается.
Возможно, я излишне придирчив и подозрителен, отчего слова гостя воспринимаются в негативном ключе. Злость и раздражение, поселившиеся в душе после смерти сына, требуют выплеска. Очень хочется кого-то убить, и чтобы жертв оказалось побольше. Или речь в головокружении от успехов? На фоне блистательных побед русской армии австрийцы видятся несерьёзным противником. А ещё я не забыл про их коварство. Такое настроение противопоказано при ведении дипломатических переговоров, но ничего не могу с собой поделать. Немчура бесит!
Некоторое время я наблюдал за потугами эльзасца изображать представителя великой державы в ставке дикарского вождя, даже подыгрывал убогому.
Тьфу ты. Снова этот нездоровый настрой. Надо же понять, чего нужно императору. А Леопольд возжелал ни много ни мало, а всю Трансильванию, Закарпатье, часть Подолья и, чтобы граница России шла по Днестру, а на севере по Бугу. У правителя очень хороший аппетит, только проблема со здравой оценкой происходящего вокруг. Возможно, заявления посланника — предложение к торгу. Только австрийцам пора понять, что я не купец. Пора прекращать этот цирк.
Встреча проходила под моим любимым навесом, что тоже вызвало неприязненную реакцию фон Штадиона. Складывалось впечатление, что кроме шпионажа, за действиями русской армии, австрийцы нарываются на конфликт. Значит, у товарищей есть козырь в рукаве. Первым на ум приходит Ян Собесский, способный нарушить некоторые мои планы. При должной поддержке поляки могут снова оккупировать северную и центральную Молдавию. То же самое касается валашского господаря, чья армия сосредоточена на нашем правом фланге. Вена уже показала, что способна договариваться с османами, пусть и по тактическим вопросам. Я помню, как басурмане спокойно перекинули полки из Сербии, не опасаясь удара с севера. Поэтому не собираюсь о чём-то договариваться со столь гибким союзником, готовым предать в любой момент.
— Вы серьёзно ссылаетесь на документ трёхсотлетней давности, когда князь Фёдор Кориатович[1] передал права на Подольское княжество королю Венгрии Сигизмунду Люксембургскому? — спрашиваю, с трудом сдерживая усмешку, — Предположим, есть такой документ. Но как быть с уступкой венграми этих земель полякам, а затем передачи их османам по условиям Бучачкского мирного договора? То есть, Священная Римская империя не признаёт соглашения, заключённые другими странами? Если они ей невыгодны, конечно. Вам не кажется, что это опрометчиво? Как к такой трактовке отнесётся Пруссия? Ведь её экзистенция получается незаконной. Или как быть со Швецией и её владениями в Германии? Они тоже не признаются Веной?
