Показательным стало и странное поведение молодого фельдшера, который потребовал от деревенского батюшки срочно окрестить себя в православную веру. Видать, сильно впечатлило недоучившегося студента мастерство казацко-индейского чудо-лекаря, умевшего прикосновением руки извлекать пули из тел, одним лишь взглядом останавливать кровотечение и затворять раны, жонглируя огнём от свечи. Правда, такими откровенными деталями молчаливый фельдшер ни с кем не делился, чтобы не сочли полоумным. Просто когда в разговоре упоминал Кадета, обязательно крестился и говорил о мастере всегда очень уважительно, заверяя всех, что без божьего промысла столь великое искусство невозможно.
В тяжёлые времена людям нужен был сильный и удачливый лидер, а ещё лучше, если ему, помимо фортуны, благоволили и другие божественные сущности. Похоже, парагваец призвал всех, кого только смог, на сторону партизан — и великого христианского Бога, и древних языческих лесных тварей. Иначе как объяснить, что после проведения коллективного молебна в воздухе над Парагвайским районом у немецких самолётов начали глохнуть двигатели, и машины падали, врезаясь в кроны деревьев. Хотя германское командование списывало эти чудеса на происки злых парагвайских технарей, которые как-то научились секретным волновым оружием воздействовать на моторы, простой народ истово верил в божий промысел.
А после того, как парагваец постучал в шаманский бубен и призвал на помощь болотных духов, странные дела начали твориться и в лесных дебрях. Старожилы перестали узнавать знакомую местность — давно осушенные болота наполнились водой, ручьи, кем-то перегороженные земляными плотинами, изменили старые русла и затопили большие участки леса. Правда, злые языки утверждали, что всё это безобразие учинили рабочие бригады пленных немцев, но тогда уж очень работящими оказались землекопы — эдакую часть леса изловчились за месяц перерыть. Да и откуда тогда появилось в лесу множество новых родников? Ведь следов глубокого бурения возле источников не просматривалось. Создавалось впечатление, будто неведомая сила выдавила жидкость из подземного водного пласта на поверхность, пробив для родников восходящие каналы в грунте.
И уж как-то очень складно всё выходило, словно неведомый паук-архитектор сплетал причудливый узор из каналов, болот и мелких водоёмов, перегораживая лес липкой ловчей паутиной. При этом было непонятно, что за дьявольская сила странным образом валила сухие или подгнившие деревья, заваливая непроходимыми засеками обходные маршруты. Неужто и впрямь в лесах и на болотах проснулись могучие древние духи?
Безопасно перемещаться по Парагвайскому району стало возможным лишь по нескольким старым дорогам и сети извилистых троп. Но и это только для партизан, так как врагов на всём пути поджидали хитро замаскированные доты с пулемётами, ловушки с дистанционно управляемыми минами и капканы с самострелами из охотничьих ружей. Теперь в каждом секторе появились «лешие», которым поручалось проводить отряды по своим опасным владениям.
Пробираться же через лес напрямки никто уже не решался, ибо такая дерзость для всех стала смертельно опасной. Лишь особо подготовленные спецотряды «леших» могли безнаказанно бродить вдоль каналов болотной паутины. Остальных, рискнувших идти не вдоль намалёванных на стволах сосен по обочинам дорог и тропинок указательных стрелок, ждала неминуемая смерть.
Местные жители уяснили это с первого раза, когда «лешие» притащили из запретной зоны груду окровавленной немецкой формы и вооружение, а вот враг ещё много раз упорно пытался пробраться с чёрного хода в логово партизан. «Лешие» уверяли, что они только разоружали изрубленные трупы немцев и топили в болоте, а расправлялся с непрошеными гостями призрачный цыганский барон. Он будто бы восстал из мёртвых и теперь бродит по лесным дебрям, мстит фашистам за расстрелянный цыганский табор. Некоторые «лешие» даже клялись, что лично видели высокую фигуру в длинном чёрном плаще с капюшоном, которая бесшумно бродила средь болотных топей. Иные даже утверждали, будто замечали блики лунного света на лезвии длинного клинка, зажатого в руке призрака.
И хотя никто не мог похвастать, что находил следы ног цыганского барона на влажном грунте, но вот результаты ударов острого клинка на разрубленных телах немецких разведчиков видели многие. Призрак был вовсе не бестелесный, раз умел с одного удара рубить врагам головы. А ещё непонятнее было то, как мститель разыскивал жертв в дремучем лесу и каким образом сообщал командиру партизанского отряда, где подбирать трупы. Видно, не врал Кадет, что индейские шаманы научили его общаться с духами — результаты впечатляли даже закоренелых атеистов.
