К нам подходят двое незнакомых парней и увлекают нас танцевать. Видеть, как подвыпившая Лола наступает на ноги своему кавалеру, и наблюдать за ее неуклюжими ужимками уморительно, и я сгибаюсь пополам от смеха. Но потом уже мой кавалер закручивает меня в танце так, что я поворачиваюсь вокруг своей оси, и мне тут же становится плохо. Я теряю равновесие, вода из стакана льется на пол, и лишь с большим трудом мне удается удержаться на ногах. Сердце бьется в ушах, и я на ватных ногах отхожу от своего партнера. Натолкнувшись по пути на нескольких человек, подхожу к столам с напитками и опираюсь на один из них обеими руками. И хотя я ни о чем никого не просила, какой-то студент сует мне в руку стакан с алкоголем.
Глядя на содержимое стакана, я не испытываю ни малейших колебаний. Я не самоубийца, совсем наоборот. Я очень хочу жить, пока болезнь меня не убьет. А именно это она и сделает, с алкоголем или без. Тем не менее я еще не сошла с ума. Сегодня вечером я уже достаточно выпила и поэтому не хочу превышать свою меру: это могло бы запросто привести меня к смерти. Уже собираюсь поставить стакан обратно на стол, когда мой взгляд сталкивается с взглядом Кларка, с грозным видом пробивающего себе дорогу в толпе и широкими шагами направляющегося прямо ко мне. Спрашиваю себя, что я такого опять могла сделать, чтобы разозлить его на этот раз, но ничего не приходит в голову, кроме разве того, как я разговаривала с его тупорылой
– Как видишь, я сейчас не в лучшей форме, так что, если тебе хочется поругаться, приходи лучше завтра.
Я пытаюсь скрыться, но Кларк вырывает у меня из рук стакан с алкоголем и осушает его залпом. Затем сжимает пустой стакан в кулаке так, что тот лопается, и швыряет его на пол.
– Может, ты была бы в лучшей форме, если бы не пила как последняя идиотка! – презрительно выплевывает он мне в лицо.
Прежде чем я успеваю хоть что-нибудь сказать, он кладет мне в ладонь что-то круглое и продолговатое. Опускаю глаза и вижу оранжевый флакон, на котором написано мое имя, – он столь же необходим мне для жизни, как и сердце.
– Найди Лолу и уходите отсюда! Сет вас отвезет. Это место не для тех, у кого проблемы с сердцем.
Я не успеваю бросить на него испепеляющий взгляд, как он уже отходит от меня. Но он не так уж неправ. Для меня это слишком. Я никогда до такой степени не играла с огнем. Меня охватывает чувство вины, когда я представляю маму с опухшими от слез глазами перед моим гробом. Однако, так или иначе, это неизбежно. Ей придется рано или поздно столкнуться с этим. Разве я такая уж эгоистка, если хочу насладиться моей короткой жизнью? Да, если бы я вела себя благоразумно, у мамы была бы возможность провести со мной несколько лишних месяцев – а может, даже лет, – но что бы это была за жизнь, что бы я в ней испытала и чего достигла? Какой новый опыт удалось бы мне получить?
– АТАС, ПОЛИЦИЯ! – слышен чей-то крик.
Сердце подпрыгивает в груди. За одну секунду дом превращается в настоящее поле боя. Студенты в панике бросаются бежать во все стороны. Что-то бьется, ломается, несколько человек, не устояв на ногах, падают на пол, а другие бегут прямо по ним. Я так и остаюсь стоять посреди гостиной: в горле у меня ком, я озираюсь по сторонам, ища глазами Лолу, и молюсь богам, чтобы не обнаружить ее тело, раздавленное в общей суматохе.
Если бы мое сердце еще не получило своей доли сильных ощущений, то теперь это однозначно бы произошло. Внезапно меня резко толкают, и я теряю равновесие. Я уже вижу, как пол стремительно приближается, когда вдруг чьи-то сильные руки подхватывают меня и прижимают к железной груди. Поднимаю глаза и вижу Кларка.
– Нужно уходить, – говорит он суровым голосом, пристально глядя мне прямо в глаза.
– Без Лолы я не уйду…
– Сет о ней позаботится.
Какое-то время он держит меня за плечи, чтобы убедиться, что я могу сохранять равновесие, потом берет за руку. От соприкосновения с его горячей кожей у меня по телу пробегает приятная дрожь, и я только сейчас осознаю, что от слабости меня сильно знобит. Он бросает на меня удивленный взгляд, поражаясь тому, какие у меня ледяные руки, и я пожимаю плечами. Но неодобрение в его взгляде ясно показывает, что его не одурачить. Он крепко сжимает мою руку в своей и направляется к выходу.
Я с трудом ориентируюсь в царящем вокруг хаосе – приходится полностью довериться этому загадочному человеку, и это совсем непросто. Внезапно он прижимает меня к груди и резко отворачивается, приняв удар, который в противном случае достался бы мне. Поднимаю к нему лицо и смотрю на него круглыми глазами.
– Сейчас и правда, наверное, ретроградный Меркурий, раз ты так странно себя ведешь…
– Заткнись, или я оставлю тебя здесь!
Он снова берет меня за руку и прокладывает нам путь в окружающем нас бардаке.
