Вито, Лино, Желтохвост и Фрэнки поработают с сержантом Рашем, устраняя конкурентов и ища новые источники поступлений. Рафф продолжит руководить защитой женщин и детей, а Винни с Доберманом и дальше будут помогать с поставками.
Лос-Анджелес с каждым днем все больше напоминал Неаполь, пусть даже противниками здесь были не итальянцы. Это были преступные группировки: «Крипс», «Бладс», «Нортеньос» и бесчисленное множество других. И теперь им всем было известно о клане Моретти.
Антонио дал знак сидящим встать со своих мест. Это не были посвященные солдаты Моретти, но они все равно были помощниками Моретти, отличались от солдат только званием, и им надлежало стать его мускулами в войне против врагов семьи.
Впервые в жизни у Антонио появилась собственная небольшая армия. Достаточно бравых, знающих свое дело людей, чтобы он смог реально изменить положение, если правильно ими распорядиться. Пришла пора вывести их на поле битвы и начать завоевывать территорию, первым делом подобрав симпатичный особняк в горах, который Антонио когда-то пообещал Лючии.
Пепел, в который превратились изображения святого покровителя, осыпался на пол, и Антонио отошел от своих людей, установив дистанцию между собой и своей армией.
– Бандам, которые когда-то правили Лос-Анджелесом, пришел конец, – уверенно заявил он, – но клан Моретти никогда еще не был так силен здесь, в этой стране. Сегодня, прежде чем разойтись, вы получите приказы, которые помогут нам занять достойное место на вершине пищевой цепи.
Ехать было некуда – безопасных мест не осталось. По крайней мере, в Калифорнии.
Через неделю после отъезда из Лос-Анджелеса семья Роналдо Сальваторе осталась без еды и практически без воды. Им посчастливилось немного проехать в кузове грузовика повстанческой армии, который подобрал их в промежутке между переброской войск и припасов к аванпостам штата.
Но в конце концов удача иссякла. Даже армия была вынуждена ограничить помощь беженцам. Поэтому им снова пришлось брести вдоль обочины триста девяносто пятого шоссе.
Вскоре им предстояло повернуть на запад, к Маунт-Болди. Они держали путь туда, где его начали, – в Лос-Анджелес. Ничего другого Роналдо придумать не смог. Там оставались его братья по оружию, и если ему удастся вернуться к ним, то тогда, возможно, они смогли бы найти безопасное убежище – если, конечно, Маркс, Беттис и Зубчик еще живы.
Из раздумий его вывел рев дизельных двигателей. По шоссе грохотали десять бензовозов, и тысячи беженцев по обеим сторонам дороги повернулись к ним. С тех пор как армейский транспорт перестал подвозить гражданских, поток беженцев превратился из ручейка в полноценную реку.
– Наверное, в Лос-Анджелес едут, – предположил Дом.
Роналдо заметил армейские «Хамви» и два бронированных M-ATV, которые ехали за ними. Один из «Хамви» прибавил газу, обгоняя колонну.
Роналдо приподнял солнцезащитные очки, чтобы рассмотреть солдат на башнях. Ему хотелось отдать честь этой колонне – так она радовала глаз. Прежние колкости и соперничество между разными родами войск теперь казались сущей ерундой. Видеть здесь армию для Роналдо было все равно что узреть Деву Марии во плоти. А окажись здесь морпехи, он и вовсе счел бы это за второе пришествие.
Подавив желание остановить машину, он прижал руки к бокам.
Никто из беженцев, кроме родных, не знал, кем он был, и меньше всего ему хотелось, чтобы кто-нибудь понял, что он морпех.
Многие из этих людей, возможно даже половина, считали морпехов виновниками всего этого дерьма, а значит, Роналдо мог стать для них мишенью.
И его родные тоже.
Он опустил очки и повернулся к Доминику, Елене и Монике.
Пожилая женщина, шедшая впереди, споткнулась, и мужчина ее возраста подставил руку, чтобы поддержать ее. Он обернулся к Роналдо, но помощи не попросил. Большинство здесь понимало, что помощи ждать не стоит.
Грязные, измученные голодом и жаждой люди были непредсказуемы, и доверять не следовало никому. Поэтому Роналдо следил, чтобы Моника с Еленой держались крайней справа части обочины, где асфальт уступал потрескавшейся земле. Поэтому они с Домом несли рюкзаки девочек на груди и поэтому хранили часть драгоценностей в носках.
Елена могла постоять за себя, и у нее был пистолет. Но она и без него могла бы выцарапать глаза и оторвать уши, если бы речь зашла о спасении детей. Однако Елена все равно оставалась мишенью, так же как и Моника. Женщины и особенно дети были маячком для грабителей, которые здесь были. Действительно были – люди, у которых не осталось причин бояться закона.
Соблюдение закона им обеспечивали восемь патронов, заряженные в «Зиг Зауэр 1911 Найтмер», пристегнутый между поясом и рюкзаком Роналдо. Еще у него был «Глок» на боку, под подолом рубашки. У Дома тоже был пистолет, но дробовик и автомат M4 они обменяли на воду и сублимированную еду.
Роналдо жалел об этом, особенно сейчас. Табельное оружие весьма бы им пригодилась, но пока у него оставался пистолет с патронами, он вполне мог оказать сопротивление.
