– Что? – Голос Доминика сорвался. Он был знаком с Кларками пять лет. Это были хорошие люди, которые всегда заботились о других. А теперь они были мертвы – сгорели заживо в собственном доме из-за каких-то бандитов или наркоманов.
– Нас преследуют, – сказала Камилла. – Всех, у кого есть значок, но кто не играет по правилам.
– По каким правилам?
– Правилам, которые устанавливают банды. Многие копы теперь работают с ними.
– Что значит «работают с ними»?
– Проворачивают грязные делишки, – ответила она. – Уверен, что по-прежнему хочешь служить в полиции?
Доминик отвернулся и посмотрел в окно на сестру и маму. На их растрепанные волосы и опухшие от слез глаза.
Он был готов на что угодно, лишь бы их защитить.
Но эта защита включала в себя и борьбу против тех самых подонков, которые сожгли их дом и убили родителей Лося.
– Ага, – сказал он. – Я не отступлюсь. Чем быстрее я получу значок – тем лучше.
Камилла широко улыбнулась:
– Отлично. Начнем прямо сейчас.
Он опустил окно и окликнул Елену:
– Скажи папе, что я уехал с Кам. Вернусь вечером.
– Дом, подожди, – спохватилась Елена, вскинув руку.
– Езжай, – сказал Доминик Камилле.
Камилла не была уверена, что поступает правильно, но дала задний ход, и они выехали с парковки.
Доминик вынул пистолет и дослал патрон в патронник. После ядерной бомбардировки будущее не могло стать таким, каким он всегда его представлял.
Скорее всего, он никогда не поступит в колледж, никогда больше не выйдет на ринг «Октагона», никогда не будет работать с девяти до пяти и растить детей в безопасном мире, где можно ездить на пляж по выходным и наслаждаться барбекю на заднем дворе.
Американская мечта исчезла – ее украли люди, которые клялись ее защищать.
Теперь его судьба была яснее, чем когда-либо. Он, как и Камилла, был бойцом, и ему предстояло сосредоточиться на спасении одного из последних американских городов от демонов, одержимых желанием его уничтожить.
– Стой, где стоишь! – крикнул охранник. – И покажи руки.
Винни остановился перед главным зданием Департамента полиции Лос-Анджелеса на пересечении Первой и Мейн-стрит и медленно вынул руки из карманов черного худи.
– Повернись! – приказал полицейский.
Винни медленно поворачивался, подняв руки, пока снова не оказался лицом к штаб-квартире полиции, которая теперь выглядела как крепость. Копы превратили здание в нечто больше похожее на военную базу с высочайшим уровнем безопасности.
Он не мог не задаваться вопросом, таким ли его дядя представлял себе в будущем девятиэтажный «Коммерс Хотел» – современной крепостью посреди постапокалиптического города.
От парковки Винни отделял забор с колючей проволокой и главные ворота. По обе стороны ворот возвышались сторожевые вышки, на каждой из которых дежурило по офицеру полиции со снайперской винтовкой.
Один из копов целился Винни в голову.
– Ты по какому делу? – спросил охранник приглушенным из-за респиратора с дыхательным аппаратом голосом.
– Я Нейтан Сарконе, пришел к капитану Стоуну, – ответил Винни.
Помедлив, караульный подал знак охранникам с другой стороны забора. Сетчатый барьер отъехал ровно настолько, чтобы дать ему пройти.
Винни преодолел череду контрольных пунктов, прошел два обыска. Миновал еще нескольких копов в спецодежде, которые дежурили у главного входа, и группу у баррикады из мешков с песком.
Наконец он очутился в здании, перед стойкой регистрации. Когда он изложил свой вопрос еще паре копов, дверь лязгнула и на Винни уставился грузный мужчина со шрамами от акне и жидкими усиками.
– Ну? – прохрипел он голосом заядлого курильщика.
– Я Нейтан Сарконе, пришел к капитану Брайану Стоуну. – Винни взглянул на бейдж полицейского: «Сержант Билли Бест».
– Нет, сегодня ты со мной, парень, – сказал Бест. – Идем.
Они прошли по коридору, который оканчивался открытым офисным пространством с десятками столов, за каждым из которых кто-то сидел. Здесь кипела бурная деятельность. Сотрудники сновали туда-сюда с папками и планшетами. Здесь было и электричество, и кондиционеры.
«Наверное, от генератора», – подумал Винни.
Сержант Бест остановился перед небольшим кабинетом, открыл дверь и выдохнул в торчащие усы:
– Ну, чего ждешь?
Винни вошел в комнату, сержант закрыл дверь, потом жалюзи и повернулся к нему лицом.
– Так, сопляк, мне плевать на то, кем был твой дядя, – заявил Бест. – Мне оставалось три года до пенсии, когда началась эта война. Но сейчас вместо того, чтобы готовиться лежать на пляже, есть роллы с лобстерами и пить мексиканское пиво, я вынужден нянчиться с твоей жалкой задницей.
Винни собрался ответить, но Бест перебил его.
– Ты не коп и не информатор, – сказал он. – Пока не расскажешь мне все, что знаешь о врагах своего дяди и где они сейчас – ты никто.
– Может, я лучше покажу? – предложил Винни.
Сержант придвинулся ближе, и Винни слегка отстранился из-за несвежего дыхания. Бест ухмыльнулся из-под торчащих усов, обнажив пожелтевшие зубы.
