Великая волшебница бросила короткий взгляд на Кащея. Тот независимо пожал плечами и небрежно кивнул. Василиса нервно закусила губу. Молча.
- Да чего там… – тяжело вздохнул Муромец, – И так всё ясно…
- Ясно тебе?! – вскочила со своего места Василиса, с перекошенным от гнева лицом, – Тебе ясно?! Тогда знай, что…
- Минуточку! – внезапно развернулся всем телом к волшебнице Степан, и голос его неожиданно приобрёл властность, – Я не закончил свой доклад! Я попрошу ещё несколько минут вашего внимания, а потом можете лаяться, сколько хотите! А пока – пару минут терпения! Не так ли, государь-батюшка?
Денис Гордеевич солидно кивнул. Василиса села и мрачно откинулась на спинку кресла.
- Так вот… – Степан осторожно перевёл дыхание, – Так вот… повторюсь: ещё по прежнему моему расследованию, я обратил внимание на, скажем так, непростые отношения между гражданином Муромцем и гражданкой Премудровой. По уверению гражданки Премудровой, это произошло из-за того что, когда она в застенке томилась, гражданин Муромец не пришёл ей на выручку, хотя мог бы. И я считаю, именно эти отношения и привели, в прошлый раз – к провокации, в этот раз – к прямому покушению. И тогда я решил подробнее разобраться в случившемся. Я хотел бы, граждане, зачитать вам один протокол… И я очень прошу не перебивать меня… без явной необходимости. Кхм!
Итак: «Протокол показаний свидетеля, гражданина Кащея Кащеевича Бессмертного (старшего). Показания снимает сыскарь Его Величества, Степан, сын Русланович, Торопов. Запись ведётся самопишущим пером»…
- Стой! – подскочил со своего места Кащей, – Какой протокол?! Какого Кащея старшего?!
- Вашего дедушки, – любезно ответил рыжий, – Да, мне пришлось снова спуститься в тот самый склеп… в рамках настоящего уголовного дела, не сам по себе, и не из наглости…
- Чёрт-те что! – буркнул Кащей, – Не склеп дедушки, а проходной двор какой-то!
- Я продолжу? – проигнорировал замечание рыжий, – Итак, протокол.