Та'рих-и Рашиди полностью

Тем временем противник потерпел поражение, нога его стойкости сдвинулась с места из-за яростной атаки ханских бахадуров. Еще до прибытия всего войска та же самая передовая часть устремилась вперед и, нанося удары и уничтожая врага, погнала его до ворот [крепости]. Благодаря милости владыки стран света и обладателя царства справедливости войско с такими людьми, оружием и снаряжением в один час было полностью разгромлено и превращено в груду праха. Подавленные и измученные, в крепости могли укрыться только те люди, которые добрались до ворот и заперли их. В ту ночь хан расположился поблизости, а на рассвете, когда утренняя заря государства взошла и озарила победоносный горизонт, он вновь построил войско и подошел к крепости. Так как в крепости кроме небольшого количества воинов больше никого не было, то он вернулся и остановился в Тукузаке. На следующий день, переправившись через реку Кара Тазгун, он остановился в Бурйа Тираке (?), в местности, относящейся к Йанги-Хисару. Вслед за ним сюда прибыл обоз. Оставив здесь обоз, хан направился к воротам крепости Йанги-Хисара. Под крепостью стояло несколько пеших [бойцов], а жители Йанги-Хисара из крепости не вышли. Мидака бахадур, о котором говорилось выше /197б/ и еще будет сказано, совершил яростную атаку [на крепость], но поскольку позиция противника была сильно укреплена, то он вернулся. [Хан оставался] в тех краях некоторое время, меняя место и думая, что Мирза Аба Бакр приедет, приведя в порядок свое войско. Это длилось около двух месяцев. О Мирза Аба Бакре ничего не было слышно. Тем временем Мирза 'Али Тагай и Хаджи Мирза, выбрав из каждой группы по несколько человек, совершили набег на горы Сарик Кул[871], захватили много добра и бесчисленное количество овец.

В эти дни прибыл Мухаммад киргиз, подвел глаза, подобно сурьме, пылью свиты хана и удостоился ханской благосклонности. Он попросил разрешения вернуться в Йарканд и привезти оттуда достоверную весть [о Мирза Аба Бакре]. Хан отослал его, дав в сопровождение ему некоторых из влиятельных людей. Он ушел, совершив набег на Арслан Баги, который находился в двух фарсахах от Йарканда и, захватив добычу, привез ее хану вместе с вестью о том, что [Мирза Аба Бакр] прилагает большие усилия для создания войска и выдает коней и военное снаряжение крестьянам и садовникам, однако нельзя положиться на такое войско. Узнав об этом, хан выступил в Йарканд.

Когда Мухаммад киргиз привез весть о Мирза Аба Бакре, то все разумные люди посоветовали [хану] идти на Йарканд. Если Мирза Аба Бакр выступит — это то, чего мы хотим, а если нет, в окрестностях Йарканда много зерна и средств к жизни, — тогда надо осадить крепость Йарканд. Если Йарканд падет, то вместе с ним падут Кашгар и Йанги-Хисар. С этим намерением они двинулись на Йарканд и дошли до деревни Суката. От Суката до Йанги-Хисара десять фарсахов [пути].

Когда они прибыли сюда, то некоторые люди, бежавшие /193а/ к Мир Аййубу, не имевшие ни семьи, ни людей, решили уйти в сторону Каратегина и Хисара. Когда же об их намерении стало известно, то большинство из них не смогло убежать, ушли только некоторые. Во время этих разговоров Мидака бахадур заявил, что у Катта бека тоже есть такое намерение. Это тот самый Катта бек, о котором в начале книги говорилось, что он брат Мир Ахмад Касима Кухбара. В то время, когда Мир Ахмад Касим Кухбар оставил Ташкент, тот находился в Сайраме, который удерживал за собой в течение года. Когда Падишах [Бабур] ушел в Кабул и у Катта бека не осталось никакой надежды [на поддержку], то он отправил человека к Касим хану, вручил ему Сайрам и привел его в Ташкент. Этот рассказ уже подробно изложен. Когда Катта бек ушел от Касим хана, то он явился к [Са'ид] хану в Андижан и находился у него на службе.

Все эмиры подтвердили слова Мидака бахадура и заявили, что он действительно хочет бежать, потому что является мулазимом Бабур Падишаха. Следовательно, его надо держать в цепях, пока дело не будет расследовано. Когда эмиры заявили об этом, хан сказал. “Я за него ручаюсь, и если он сбежит, то виновен буду я”. 3атем хан потребовал Катта бека и сказал ему: “О тебе рассказали такую историю. Ты человек мужественный. Тебе нет никакого смысла бежать. Я поручился за тебя перед эмирами. Если ты проявишь в этом верность, то тебе будет предоставлено все, что ты пожелаешь. Но если ты опозоришь меня перед эмирами и сбежишь, то на это твоя воля”. Катта бек на то ответил: “Я не подлец, чтобы бежать во время боя”, и больше ничего не сказал в свое оправдание, замолчал и продолжал служить хану.

В связи с этими разногласиями поход на Йарканд был отложен. Рано утром, когда знамя владыки звезд поднялось на востоке и хрустальное зеркало небес украсило темноту ночи, они совершили набег на Йанги-Хисар, /198б/ — стихи: