– Дело в том, что иногда меня там немного больше, чем здесь, и всё же я нахожусь с вами. Иногда я с вами немного больше, чем обычно, и тогда вы можете видеть меня довольно чётко. Однако Рысь права только наполовину. Да, вы не можете видеть Безграничность и меня в ней в тот момент, когда находитесь в своём мире, но на самом деле вам это только кажется, – он подмигнул Рыси и продолжил: – Об этом пока рано говорить. Очень скоро мы подойдём к этому вопросу более детально, но пока что нам потребуется ещё один шаг плюшевой рыси.
Свиноговяжий фарш оказался весьма приятным на вкус, если, конечно, допустить, что существо, подобное Рысе Плюше, могло хоть как-нибудь оценить вкус еды. Нет, она, безусловно, могла чувствовать различные вкусы, просто ей особо не с чем было сравнить. Тем не менее Рыся сделала вывод, что этот вкус ей определённо нравится. Она была кошкой лишь отчасти, и эта часть относилась весьма положительно к мясу вообще и свиноговяжьему фаршу в частности. «Хоть я и не Жрысь, но хищник вполне себе настоящий», – думала Рыся, уплетая очередную порцию свиноговяжьих котлеток, сидя за обеденным столом с Мышкой-Мартышкой и другими обезьяномышами. Затем она попросила добавки и, предупреждая фразу Мышки-Мартышки «Я ж тебе говорила!», сказала: «Да-да-да, ты была права, есть – это довольно интересное занятие, хи-хи! И поскольку я только начинаю приобщаться к этому делу, мне бы хотелось его, как говорится, распробовать получше. Ха, распробовать вкус поедания еды! Странно как-то звучит… Хи-хи! Вот чего мне не хватало, так это новых впечатлений!» Никто из обезьяномышей даже не пытался возразить избранной кошке, которая только что так, между делом, практически в одиночку умяла почти все котлеты, получившиеся из целого Свиноговяжа. Они лишь смотрели, как котлеты одна за другой исчезали за пушистыми щеками, и глотали слюну, думая при этом о том, что было бы, если б избранная кошка ела не в первый раз и не только «распробовала поедание еды» как вполне интересное занятие, а вошла бы во вкус этого действия в полной мере. Впрочем, Рыся Плюша так и не заметила их голодных взглядов и продолжала весело закидывать котлеты себе в рот, не опасаясь несварения желудка и прочих последствий переедания, свойственных как простым смертным, так и некоторым бессмертным тоже. Ничего подобного не могло случиться с таким существом, как она, и ей было это известно, а посему никакая сила на свете не способна была спасти сегодняшний обед обезьяномышей.
– Ну, у тебя и аппетит! – наконец воскликнула Мышка-Мартышка, глядя на пустую кастрюлю.
– Аппетит? А какой у меня аппетит? – удивилась Рыся Плюша. – Ну, я имею в виду, какой вообще должен быть аппетит? Я в этом пока не очень хорошо разбираюсь. Нужна же какая-то точка отсчёта, правда? Вот Жрысь, к примеру. Он поглотил целую вселенную. Поскольку мне не приходилось встречаться с тем, кто мог бы съесть больше, будем считать, что его аппетит занимает высший балл по шкале аппетитности. Можно даже сказать, зверский аппетит! Хи-хи! Так, теперь сравним эту кастрюлю и вселенную. Вывод очевиден – кастрюля гораааздо меньше. Стало быть, мой аппетит тоже весьма невелик. Я бы даже сказала, не аппетит, а так себе, аппетитик. Ха, вот вы все, например, сколько можете съесть таких кастрюль?
– Обычно такой кастрюли нам всем хватает на неделю, – растерянно ответила Мышка-Мартышка. – В противном случае, зачем бы мы охотились на Свиноговяжа. Охота на него – дело не из лёгких, и если бы полученных котлет хватало только на один раз, мы бы придумали что попроще.
