«Когда это он успел заметить?» – неприятно удивилась Юлия. Она, как и всякая красавица, терпеть не могла, когда при ней хвалят другую.
– Вы так думаете? – Юлия остановилась и поглядела на Воронова в упор тем самым взглядом, от которого мужчины дурели и испытывали сильнейшее желание пасть к ее ногам.
Разумеется, такое происходило лишь в отсутствие Германа – этот мерзавец портил ей все! В первый раз она назвала его мерзавцем, до этого даже в мыслях не осмеливалась это делать.
Надо сказать, что ее взгляд не произвел на Воронова никакого впечатления, он его просто не заметил. Тогда Юлия сняла кепку и тряхнула волосами, так, чтобы они рассыпались по плечам упругой золотистой волной. И тут же огорчилась всерьез, потому что не получилось никакого эффекта. Она совсем забыла, что наскоро обстригла волосы сегодня утром, дома у Вероники. И теперь выглядит форменным чучелом!
– Так могу я вас проводить? – спросил Воронов, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. – Я должен повидать Веронику, она... она даже не оставила своего телефона. И если у нее неприятности...
Юлия открыла было рот, чтобы отослать этого приставалу подальше. Надо же – втрескался в Веронику, в эту унылую мымру! Подумать только, всюду – жизнь! Этот слизняк, мокрица огородная, а туда же – влюбился!
Потому что его бормотание про интервью никого не обманет, он хочет ее видеть вовсе не из-за статьи в газете. Тем более что никакого интервью напечатано нигде не будет, Вероника преподавателя просто-напросто напарила.
Юлия хотела сообщить об этом Воронову и посмотреть, какое у него будет лицо. Но тут же опомнилась. Да что с ней такое? Позавидовала этой Веронике, что у нее в кои-то веки появился воздыхатель? Глупость какая, нашла время!
– Мне очень жаль, – начала она твердо, но тут послышался звонок ее мобильного.
Увидев на пороге квартиры Германа, в который раз Вероника поразилась тому, какой он жалкий, плюгавый, неприятный. Как такой человек сумел приобрести страшную, роковую власть над красавицей Юлией?
Тут же Вероника одернула себя: ни в коем случае нельзя недооценивать противника! Нужно все время быть настороже! Если Герман сумел подчинить себе Юлию, значит, и она, Вероника, тоже от этого не застрахована.
– Опять на лестнице темно! – недовольно пробормотал Герман. – За что я плачу деньги? Он пристально взглянул на Веронику и сухо спросил: – Почему ты так долго ехала?
– Машина не завелась, – ответила девушка вполголоса. – Пришлось взять такси... я так скучала по тебе, дорогой!
– Ладно, заходи! – смилостивился мужчина и отступил в сторону.
Вероника шагнула в прихожую. На противоположной стене горело бронзовое бра.
– Погаси свет! – проговорила она, заслоняя лицо рукой.
– С чего это? – удивился Герман. – Ты и так в темных очках!
– Погаси! Я ужасно выгляжу! – взмолилась Вероника. – Я не хочу, чтобы ты меня видел такой!
– Ладно! – смягчился Герман и щелкнул выключателем. – Ты же знаешь, я и сам не люблю яркий свет...
Он прошел в глубину квартиры, не оглядываясь на девушку, уверенный, что она последует за ним, как собачонка.
Они вошли в кабинет.
К счастью, окна были задернуты плотными шторами, комнату освещала только свеча в массивном бронзовом подсвечнике. При таком свете Вероника не боялась за свою маскировку, она вздохнула с облегчением... То есть как раз вздохнуть-то ей удалось с трудом, потому что в кабинете стоял густой, застарелый запах табачного дыма. На столе красовалась переполненная окурками пепельница.
Вероника закашлялась, но все же взяла себя в руки, отдышалась и огляделась.
По стенам кабинета висели странные, пугающие картины и гравюры. Удивительные создания: сказочные и мифические существа с лапами хищных зверей и кожистыми крыльями, как у летучих мышей, мрачные пейзажи, фотографии старинных надгробий, фантастические здания, заброшенные храмы неизвестных богов...
Но того, ради чего Вероника сюда пришла – бюста Робеспьера, – здесь не было.
Неужели все напрасно? Неужели и она, и Юлия зря рискуют?
Вообще, с чего они решили, что Герман привез похищенный бюст к себе домой? Может быть, он его уже кому-то отдал – например, той таинственной Миледи или кому-то из ее ряженых спутников? Или просто спрятал в более надежном месте?
Ей нужно было обыскать квартиру, но в присутствии Германа об этом нечего и думать. А удалить его отсюда ей тоже не удастся...
Можно попробовать начать с кабинета, здесь много подходящих мест для тайника...
– Герман, милый, – проговорила она робко. – Ты не мог бы принести мне чаю?
– Чаю? – Он удивленно взглянул на нее. – С каких это пор ты пьешь чай? Ты всегда пила только кофе!
– Но сейчас я не хочу кофе! – капризным тоном проговорила Вероника. – Принеси мне чаю! Неужели это тебе так трудно?
– Я тебя просто не узнаю... – пробормотал Герман, но тем не менее ушел в кухню.
Вероника быстро оглядела кабинет.
Начать стоило с письменного стола.
Она выдвинула два верхних ящика. В них были только какие-то бумаги и документы. Нижний ящик был заперт, но там бюст никак не мог поместиться.
Осознав этот непреложный факт, она перешла к выстроившимся вдоль стен шкафам.
