– Браво. – Размеренные хлопки за моей спиной принуждают обернуться. Я поворачиваю голову, не выпуская Вивьен из объятий. – Я был уверен, что ты сдохнешь раньше нее. Браво. Мое восхищение. Я тронут. – Ривз продолжает вальяжно аплодировать, ослепляя меня широкой ехидной улыбкой. – В этот раз я проиграл свою ставку. И все из-за тебя, Торнтон, – посмеивается ублюдок. – Я люблю тебя, Эйсто, – передразнивает, заливаясь смехом. – Как это сентиментально. Как… Проникновенно. И так эмоционально. – Он складывает руки на сердце. – Почти как сцена из «Титаника», честное слово. Она – на больничной койке вместо дверцы шкафа, и он – истощенный герой, проливающий слезы над ее изнеможенным телом. Как жаль, что у меня нет с собой камеры. Так бы я составил конкуренцию Джеймсу Кэмерону53, но… – безумная улыбка резко исчезает, – представление окончено. Отпусти ее, Торнтон, и лучше по-хорошему вернись в свое кресло.
– Тебе придется меня убить, – шиплю я.
– Какой нетерпеливый, – цокает Ривз, подступая к койке. – Давай не будем подгонять время. – Еще шаг. Я скалюсь в лицо Ривза, прижимая к себе Вивьен. – Отпусти ее, Торнтон. Не заставляй меня вновь прибегать к силе.
– Давай, ублюдок, действуй. – Я осторожно укладываю Вивьен обратно на подушку и, превозмогая боль, выпрямляюсь напротив самодовольного психа. – Либо я сдохну от твоих рук, либо отправлю тебя к твоему рыжему напарнику.
Ривз бросает мимолетный взгляд на бездыханное тело коллеги в луже струящейся крови и усмехается.
– Я выпью за упокой его души. – Он облизывает губы. – И за упокой твоей тоже.
Я не жду рывка с его стороны. Первым бросаюсь на Ривза. Мой рев отражается от пустых стен лаборатории. Я буду биться, пока стою на ногах. Пока руки напрягаются, и пальцы сжимаются в кулаки. Пока сердце бьется, а Вивьен дышит за моей спиной.
Я целюсь в челюсть, чтобы сразу вывести его из равновесия, но Ривз уклоняется и обеими руками толкает меня в грудь. Я отшатываюсь и падаю на пол. Я омерзительно слаб. И ненавижу себя за это.
– Значит, хочешь по-плохому? – Он нависает надо мной и, вцепившись в шею, придавливает мою голову к полу. – Как пожелаешь.
Удар его кулака приходится в нос, и мне кажется, что плитка под моей головой дала трещину.
– Ты жалок, Торнтон. Ты – ничтожное насекомое. Я раздавлю тебя одним пальцем. – Ривз сжимает зубы, процеживая слова мне в лицо. – Я даже не буду звать Энди, чтобы он усмирил тебя. О нет, – хохочет он. – Я сам научу тебя послушанию. И с удовольствием вобью свои правила тебе в голову.
Его пальцы сильнее сдавливают мою шею, и все, что я могу – царапать ногтями взбухшие вены на запястьях его рук. Кровь хлещет из моих ноздрей и скатывается вдоль щек к затылку. На губах отпечатывается соленый привкус металла.
– Гори в аду, Ривз. – Я едва делаю вдох и обеими руками хватаюсь за его руки.
– Непременно, но ты со своей девкой окажешься там раньше.
Его мощная хватка перекрывает доступ кислорода. Моя голова вот-вот лопнет.
Я ослабляю ладонь, но не сдаюсь, как думает Ривз. Мои пальцы смыкаются в кулак, и я внезапно бью ему по ребрам. Он не ожидает, поэтому кривится от боли и склоняется ниже. Тогда я резко вскидываю голову и впечатываюсь лбом в его переносицу. Я слышу хруст кости и не медлю: ухватываюсь обеими руками за его плечи и пытаюсь скинуть ублюдка с себя. Но у меня недостаточно сил, чтобы перевернуть его. Я, черт побери, слишком слаб.
– Долбаный сукин сын! – взывает Ривз, но успевает перехватить мои руки. – Ты сломал мне нос! – За его криком следует мощный удар мне в лицо, и я чувствую, как остатки сознания сыплются из черепной коробки.
– Доктор Ривз! Сэр! Посторонние в здании! Посторонние в здании!
– Какого черта! – Ривз вскакивает на ноги, оставляя меня подыхать на полу. – Что происходит?!
– Ни с места! Руки за голову! Повторяю: руки за голову!!!
Вооруженные люди в черном вбегают в белую комнату и смешиваются в моих глазах в сумбурную трансляцию. Они скручивают Ривза и его коллегу. Продолжают что-то невнятно кричать. Лаборатория наполняется хаосом брошенных фраз и хаотичных, слишком быстрых движений.
Я переворачиваюсь на живот и кое-как ползу сквозь них. Ползу к Вивьен. Без нее я не вывезу. Я должен увидеть ее лицо. Должен услышать ее вздох. Я должен почувствовать, что ее сердце все еще бьется.
– Вивьен… Милая… – Я, как и прежде, цепляюсь за железные опоры койки и пытаюсь взобраться, беспомощно скатываюсь обратно к полу, но не сдаюсь. – Вивьен, прошу…
За моей спиной оглушающий шум и громкие крики, но я не слышу их. Они растворяются где-то сзади, не достигая моих ушей.
– Вивьен, молю… – тараторю я. – Ты же говорила со мной. Милая. Скажи хоть слово. Еще хотя бы одно слово…
Тишина из ее уст режет уши сильнее, чем ор дюжины федералов.