С начала октября, сократив свой рабочий день и добавив к свободному времени два часа, Никита задумал пролистать в уме страницы своей далекой жизни. Теперь, лежа в полной темноте на «умягченной» кровати, еще в утреннем полусне, он почти наяву просматривал знакомые картинки. Они возникали из памяти иногда в связи с конкретными случаями его теперешней жизни, а часто вообще как воспоминания о далеком, далеком времени, которого, может быть никогда и не было.
Прежде всего, вспомнил рассказы деда о жизни в деревне во времена детства, когда крестьяне жили почти при натуральном хозяйстве. О той жизни, которая была немного похожа на теперешнюю жизнь Никиты, дед помнил смутно. Лишь особенно яркие, интересные моменты четко отпечатались в памяти, и он рассказывал внуку о них достаточно красочно. Общим для того и настоящего времени был только тезис – «не поработаешь – не полопаешь».
Его дед Кустов Николай Афанасьевич родился 22.05.1906г. в глухой русской деревушке, на самой границе с Белоруссией в семье настоящего крестьянина. Как было вообще в крестьянских семьях в той далекой «древности»? Семья большая – кроме родителей и самого деда в семье были 3 старших сестры, старший брат и младшая сестра – всего 8 человек.
Рабочих рук было достаточно, но на каждые две руки приходился один рот, две ноги, голова и туловище. Рты надо было накормить, руки, ноги, головы и туловища, чем-то прикрыть, утеплить, а серое вещество внутри «умных» голов ублажить модными на то время среди своего контингента предметами.
Поэтому все руки работали не «покладаясь». Земли почти хватало, надо было только её обрабатывать.
Сажали, в основном, картошку, рожь и маленькую делянку пшеницы специально для пасхи.
В год выращивали одну свинью, которую осенью забивали и ели всю зиму свинину и сало. Конечно, не считая домашней птицы.
Перед тем, как испечь свою картофелину, Никита вспомнил рассказы деда о том, как они в его детстве «жарили» картошку: на всю ораву. Доверху насыпался большой чугун, укладывался туда кусочек сала (сала с одной свиньи должно было хватить на всю зиму) подливалась вода, чугунок заталкивался в чрево русской печи и картофель «жарился». Блюдо в то время должно было быть очень вкусным.
Потом был чай. Его иногда пили с сахаром. О способе питья и количестве сахара на один рот можно только догадываться, сопоставляя расстояние деревни от источника сахара и существовавшие в то время транспортные средства. А также требовавшаяся лавочнику прибыль.
Проснувшись, Никита попытался определить количество сахара, приходившегося на один рот. Просмотрел в уме все существующие и фантастические способы чаепития с сахаром, так как он вместе с солью был одним из самых желательных сейчас продуктов.
– Существует несколько способов питья чая или другого напитка с сахаром: – начал он – самый знакомый и, пожалуй, самый популярный – внакладку. Затем вприкуску, вприлизку, когда можно просто держать около себя единственный маленький кусочек и лизать его перед глотком жидкости. Если кусочек один, а людей много, можно подвесить его на нитке и раскачивать, передавая «пасы» кому пожелаешь, после того как в полете удалось лизнуть самому. Есть еще два способа, названия которых говорят сами за себя – вприглядку, когда сахар лежит на виду и впридумку, когда его нет даже поблизости. Все эти способы, в зависимости от количества продукта, и фантазии индивидуума в определенной – различной – степени улучшают вкус чая или другого принимаемого напитка, который заваривается любой травой.
Никита сейчас мог использовать предпоследний способ, так как оставил при болезни три кусочка рафинада. Их боялся даже лизать так как рисковал когда-то лишиться их и перейти на последний способ чаепития.
Проведя инвентаризацию, Никита задал для себя продолжительный отдых, который, однако, нарушил уже во второй половине следующего дня, разрубив на поленья одно толстое сухое бревно и уложив его аккуратно в поленицу под крышу дровяного склада.
Проснувшись на следующий день, Никита вспомнил свои молодые годы, когда он даже не мог помыслить, что когда-то очутится один в дебрях далёкой тайги.
Он родился и вырос в маленьком европейском городке. Там учился, в 1979 г окончил школу. Еще в школе увлекся техникой, научился водить машину, получил права. И не просто научился водить, а вникал в устройство двигателя, принцип действия и постепенно сделал для себя технику основным занятием в жизни. Пожелав стать механиком, поехал поступать московский институт. Не добрал баллов и возвратился домой.
В это время отец вел переговоры о переезде в большой южный город и еще до новогоднего праздника они перебрались на новое место, заняв большую благоустроенную трехкомнатную квартиру в зарождавшемся микрорайоне.
В оставшееся время Никита устроился в один из механических заводов, продолжая готовиться к поступлению все в тот же институт. Но на следующий год попытка тоже не удалась. Никита расстроившись, вернулся на завод, собираясь готовиться к поступлению в третий раз.
