Никита иногда, редко, ездил в командировки, но недалеко, преимущественно на юг, иногда на запад. Это не как раньше – когда требовалось посещать разные уголки Советского Союза. Приобщившись к строгому армейскому распорядку, дома составил «гражданский» распорядок. По утрам постоянно делал зарядку. Сначала пользовался утренней передачей зарядки по радио, а, когда ее отменили, застрял на последней серии упражнений, дополнительно добавив кое-что от себя. Приплюсовал бег, часто «общепримиряющий» – в комнате, на месте. С учетом остающегося после работы времени, старался учитывать необходимые дела. Время распределял так, чтобы хватало и на занятия с детьми, и на развлечения, и на изучение специальной литературы, и на спорт. Учел и возможность непредвиденных событий. Но времени оставалось очень мало. Его почему-то всегда бывает мало, когда есть какое-то занятие, особенно большое «хобби». К своему образу жизни пытался приобщить всю семью, т.е. жену и дочь. На этой почве вначале бывали разногласия, но не очень бурные – у каждой стороны были свои взгляды на определенные стороны жизни.
Приобщения не получилось – победила демократия. Оставил их в покое. По большому счету, жили спокойно, с минимумом допустимых разногласий и ссор. В отпуск ездили на юг к отцу Никиты или в Белоруссию – к брату Наташи.
В процессе работы над корытом в голове снова начали зарождаться какие-то новые мысли. Появлялась слабая электромагнитная вспышка, усиливалась. Появлялась другая, потом образовывалась цепочка электромагнитных огоньков. Зарождалось желание что-то вспомнить, разобраться, появлялся образ какой-нибудь темы,. Образ креп, превращался во что-то узнаваемое. Приобретал форму и, наконец, в мозгу через горки, провалы окончательно оформлялась тема. Этот процесс длиной несколько секунд был прерогативой двойника. Из темы им оформлялась мысль и преподносилась в электромагнитной форме хозяину. Эта мысль зарождала сгусток мыслей, который в виде слов озвучивался с помощью органа, который называется языком.
Следующим утром, только проснулся снова мысли о том далеком прошлом, когда закладывалась основа теперешнего «благополучия» – формировался характер, навыки, собиралась информация накапливались знания.
Глубоко в спорт не лез. Играл в институте в составе сборной факультетской команды в волейбол, пробовал баскетбол, но он почему-то не понравился. Так и остался с волейболом. На заводе спорт к тому времени захирел, и возможность развлечься теперь надо было искать самому, а времени катастрофически не хватало.
В молодости хочется попробовать многое– посмотреть мир, попутешествовать, посидеть утречком у реки с удочкой, а то и добыть немного свежего мяса, проверив свои способности обращаться с ружьем. Но охота не шла. Где в Москве охотиться? Да и опять времени особо не было. Пару раз ездил с друзьями в соседнюю область поохотиться. Что такое охотничье ружье знал, несколько раз стрелял из чужой двустволки и все. Процесс охоты тоже не понравился.
Окончив институт в самом продуктивном возрасте, в новые веяния, пришедшие с запада, включился легко, в том числе и в технические, хотя перестройку, как таковую, принял с трудом. Компьютер оценил сразу. Этот вид обработки производственных, бытовых задач, расчетов, хранения информации, ее переработки и так далее, ему очень пришелся по душе. Он кинулся изучать компьютер, пытаясь влезть в его устройство, программы, возможности как можно глубже. Играми не увлекался, но в порядке изучения немного времени уделял и им, преимущественно интеллектуальным. Впервые познакомился с 48 килобайтным ZX Спектрум с носителем на магнитофоне, потом пристроил дисковод, и скоро обзавёлся 486-м. На нем застрял надолго, а потом сам собрал Pentium 111 из комплектующих, собранных по магазинам. На этом и остановился. Пока было достаточно.
Все же, несмотря на очень удобные новые веяния, у Никиты устойчиво сохранялись старые взгляды. Ему не очень нравились некоторые бытовые «заморочки»: часто пользовался калькулятором, а то даже и счетами. И больше верил записям на бумаге, чем в компьютере.
