Ефрема не было больше двух недель. После того как они вернулись от Хахчана, куда ходили отправлять письмо, прошло, наверное, около месяца. Ефрем не взял Олега с собою во второй раз – только весело подмигнул ему и сказал, что его ждёт сюрприз. Олег боялся предстоящего «сюрприза» и думал о нём с тревогой в душе. Он искренне надеялся на то, что Соне действительно дошло это письмо, и у неё не хватило ума приехать выручать Олега одной. Кто знает, может быть, Ефрем уже пойман, и очень скоро спасатели и полиция найдут и Олега, чтобы, наконец, вызволить его и Ларису из этого ужасного и страшного плена.
Каждое раннее утро Олег просыпался от воя Ларисы, которая просила есть. Он поднимался с постели, спускался в подвал и протезом-крюком доставал оттуда кусок оленьего мяса для женщины, а потом готовил часть и себе. Туго перебинтованные культи его ног, к которым Ефрем привязал костыли, уже затекли и болели, но и снять самому их не было никакой возможности, а надеть потом снова тем более. Сами культи уже затянулись, и фантомная боль от утраченных конечностей почти не мучала. Олег кое-как научился самостоятельно работать со своим новым телом. Старая ржавая цепь, прикованная за кожаный ремешок к его шее, позволяла ему лишь только выйти за порог, чтобы под сосной справить свои нужды, прихватить с собой одну чурку – больше захватить не позволяли неуклюжие обрубки, сходящиеся под тупым углом аккурат в районе солнечного сплетения. В таком случае приделанный к его правой руке длинный крюк только мешался.
