То есть, по меркам власть предержащих, никем. Потому и выглядит беспардонное отношение к публикации их мемуаров чем-то не очень удивительным.
Другое дело Маршал Советского Союза М.В. Захаров.
В 1969 году, когда его рукопись ушла в издательство, был он, ни много ни мало, начальником Генерального штаба. Это вам не пенсионер, пусть даже и сановный. Это был в то самое время военный деятель государственного масштаба. Действующий.
Так какова же тогда должна была быть сила сопротивления тому, чтобы обнародовать воспоминания такого свидетеля?
И с каких верхов она должна была исходить?
И, главное, из-за чего?
Ну, понятно.
Голованов и Грабин встречались со Сталиным лично и о встречах своих рассказали, не кривя душой. Что само по себе уже являлось криминалом в глазах соответствующих инстанций.
Но ведь Захаров-то со Сталиным не встречался и ничего подобного, естественно, не писал. О Сталине он написал лишь скупое:
…В настоящее время известно, что эти указания военным советам приграничных округов были переданы по распоряжению Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина. Сделал он это не без основания. Учитывая незавершенность мероприятий по срочному усилению Вооруженных Сил, И.В.Сталин делал все для того, чтобы избежать преждевременного столкновения с немецко-фашистской армией, развернувшейся в полной боевой готовности у границ Советского Союза…
И всё.
Это он таким образом упомянул о принятой им в ночь на 22 июня директиве.
Да ещё рассказал о том, когда именно начал он эту директиву принимать.
Что же было такого опасного в этих словах?
Настолько опасного?
В своей статье «Ложь, о которой не узнал Сталин» я приводил рассказ маршала Захарова о вечере 21 и ночи с 21 на 22 июня. Поэтому здесь повторяться не буду. Повторю единственно ещё раз о том, что в его изложении приведение войск Одесского военного округа в полную боевую готовность связывается прямо и недвусмысленно с соответствующей командой из Москвы.
Не буду касаться также и мер, предпринятых Захаровым для приведения в боевую готовность армейских соединений. Остановлюсь только на авиации.
…Командующему ВВС округа было предложено к рассвету рассредоточить авиацию по оперативным аэродромам. Последний высказал возражения, мотивируя их тем, что при посадке на оперативные аэродромы будет повреждено много самолетов. Только после отдачи ему письменного приказания командующий ВВС приступил к его исполнению…
…На рассвете командующий ВВС округа генерал-майор авиации Ф.Г.Мичугин доложил, что основная часть, подчиненной ему авиации перебазирована на оперативные аэродромы и выведена из-под ударов авиации противника, которые наносились по стационарным аэродромам в период с 3 часов 30 минут до 4 часов 30 минут 22 июня. На кишиневском аэродроме попали под удар семь самолетов СБ, три Р-зет и два У-2, поскольку командир авиационной бригады А.С.Осипенко не полностью выполнил указание о перебазировании самолетов на оперативный аэродром. Так начались боевые действия на границе с Румынией в незабываемом 1941 году…
Итак, по словам маршала Захарова, на аэродромах округа, точнее, на кишиневском аэродроме, немцы уничтожили (так можно понять слова «попали под удар») 12 самолетов, 5 из которых были, скорее всего, связными или учебными.
На остальных пяти аэродромах потерь не было.
Что же тогда на самом деле произошло?
Вернёмся немного назад.
При ночном перелёте в темноте могли быть аварии и поломки. Кто будет отвечать?
Начальник ВВС округа.
