Мы с Лазарро на машине спускаемся к морю, и я моментально забываю о своей злости и причинах её появления. Лазурная, потрясающая вода омывает прибрежную зону, колоритные улочки радуют взгляд, а музыка наполняет мой слух. Восхищённо оглядываюсь, улыбаясь людям, наслаждающимся отдыхом в Неаполе. Машина останавливается перед роскошным рестораном, и Лазарро выходит из неё. Я следую за ним, с любопытством рассматривая зелень и яркие бутоны цветов вокруг. Нас проводят к одному из столиков, стоящих под навесом у воды. Мне в лицо дует прохладный воздух от вентилятора, и я думаю о том, что счастливей себя ещё не чувствовала.
– Разве та еда из забегаловки сравнится с этим? – вполголоса спрашивает Лазарро.
– Еда – это еда. Давай, не будем больше говорить об этом. Не порть снова всем настроение. Если у тебя нет других тем для беседы, то лучше помолчим, – прошу, бросая взгляд на Лазарро.
Он поджимает губы и слегка качает головой.
– Ты не понимаешь, – шепчет он.
– Я всё поняла. Прости. Могу ещё раз извиниться. Но, пожалуйста, чтобы такое больше не повторялось, заранее ставь меня в курс дел. Если бы я знала о твоих планах заранее, то послушно сидела бы в номере и ждала, когда ты проснёшься.
Он насмешливо изгибает бровь.
– Послушно? Это не про тебя, Белоснежка. Я хотел сделать сюрприз, но отключился. Это, скорее всего, будет единственный раз, когда ты побываешь в Италии, и я пытаюсь сделать его незабываемым. Не хочу, чтобы ты запомнила лишь кровь и смерти.
Признание Лазарро согревает, и я улыбаюсь ему. Тянусь рукой к его лицу и провожу по щеке ладонью.
– Спасибо, я уже влюблена в Италию. И не важно, насколько изысканна еда. Для меня важна атмосфера. И ты рядом. Так что расслабься и просто будь туристом, как и планировал, а не Боссом чёртовой мафии.
Лазарро улыбается и дёргает меня за руку, отчего я чуть не падаю со стула. Он тянет меня к себе, и поэтому приходится пересесть к нему на колени.
– Научи меня, Белоснежка. Научи быть обычным для тебя, – произносит он, и в моей груди словно расцветает роза. Именно сейчас. В этот момент, когда смотрю в его, карамельного цвета, глаза, я ощущаю их сладость на своём сердце.
– Значит, так тому и быть. Первое правило – не выделяться.
– Я уже его просрал. И всегда его просру. Я красавчик.
Цокаю и качаю головой.
– Второе правило – отказаться от машин и ходить пешком.
– Сложно, но я что-нибудь придумаю.
– Третье правило – не орать и не пугать людей.
Лазарро кривится и фыркает.
– Хотя бы немного можно?
– Нет. Это выдаёт в тебе Босса. Хотя тебя выдают рост, комплекция, властный взгляд… да и, вообще, ты уже давно просрал это правило, – смеюсь я. – Но… но… не ори. Ты пугаешь людей. Сильно пугаешь. Не ори.
– Ты что, только что признала, что я всё же красавчик?
Закатываю глаза и шлёпаю его по плечу.
– Белоснежка, признай, что я красавчик и нравлюсь тебе, – прищурившись, журит он меня.
– Могу лишь сказать, что мой бок не так уже сильно болит, Босс, – выдыхаю в его губы.
– Ты превращаешь меня в зверя, – рычит он и, опуская ладонь к моей ягодице, стискивает её.
– Наверное, я немного скучала по нему. Но сначала покорми меня. Я, правда, очень хочу есть.
– Сама напросилась, Белоснежка, – смеясь, он хлопает меня по ягодице и подзывает официанта.
– Я могу…
– Нет. Один стул на двоих. Представь, что мы дома. Я чисто из принципа не буду покупать второй стул. Мне нужно твоё тепло, Белоснежка. Всегда. – Обещание в его взгляде пускает по моим венам приторно-сладкий мёд, и кажется, я смертельно отравлена им. Полностью. С этого момента и до самого последнего дня.
– Ты нечасто это делаешь, да?
Мы медленно идём по одной из улочек Неаполя, наслаждаясь атмосферой и настроением города. Это было предложение Лазарро. На самом деле он, конечно же, меня ни о чём не спрашивал, а просто повёл за собой. И я рада была идти за ним.
Лазарро передёргивает плечами.
– У меня нет времени на прогулки. Я всегда занят, а ночью предпочитаю сон и что-то, чтобы немного снять напряжение. Иногда ночью я тоже работаю.
– То есть ты постоянно пребываешь в стадии убийства и не можешь найти время на нормальную человеческую жизнь? – усмехаюсь я.
Лазарро приподнимает очки на лоб и бросает на меня предостерегающий взгляд.
– У меня нет нормальной человеческой жизни. У меня своя. Я не только убиваю, Белоснежка.
– Ещё пишешь какие-то формулы. Что они означают? – Забегаю под козырёк над входом в какой-то дом, чтобы спрятаться в тени от палящего солнца.
– Вычисления. Тебе не стоит о них знать.
– Ты что, подсчитываешь отнятые у кого-то жизни? – удивляюсь я.
Лазарро поджимает губы, не желая отвечать.
– Хорошо, не отвечай, просто это… странно. Итак, вернёмся к прогулке. Это безопасно, да?
– Да. Сейчас да. До вечера ещё никто не узнает, что мы именно здесь. Это самый короткий срок, который я им дал. Но зная об их ограниченном мышлении, они появятся здесь только ранним утром, а мы уже свалим отсюда.
– Почему он приехал сюда? Разве это не глупо? Он мог бы сохранить себе жизнь, спрятавшись в любом уголке планеты, – хмурюсь я.
