– Скажи, – произнес маг, указав на саблю, – откуда у тебя это оружие?
– Забрала у бандитов в Волчьем лесу, – ответила Дженна. – А те у кого-то еще… Как и Марту.
– …Не иначе, как у сильвилтского чародея, – сказал Сайрон. – Твоя лошадь невосприимчива к магии. А камни на ножнах – это мороаматрий, так называемое красное семя. Витали этого минерала крайне сильна, но неблаготворно влияет на живых существ.
Дженна неловко улыбнулась, пытаясь скрыть волнение, и присела напротив мага.
– Мороаматрий плохо на меня действует? – уточнила она.
– Не могу точно сказать, он ли повлиял на твои способности. – Маг задумчиво покрутил ножны в руках. – Но, признаться, эти камни мне не по душе… Да и сабля – не лучшее для тебя оружие.
– Почему же?
Мужчина окинул пристальным взглядом ее наряд. Дженна поспешила переодеться в обновку сразу же после покупки, а старье торжественно отнесла на помойку. Новое льняное платье глубокой синей зеленью напоминало о морской воде. Круглый вырез горловины и короткие рукава украшала тесьма с вышитыми на ней речной одолень-травой[15] и стрекозами, а бока талии – тонкая шнуровка. Юбка была достаточно широкой, чтобы скрыть разрезы, которыми Дженна собиралась снабдить ее позже.
– Почему ты выбрала этот цвет? – спросил маг.
– Не знаю, – пожала плечами девушка. – Он мне идет…
– Красный великолепно подошел бы к твоим волосам, но ты выбрала синий… – тихо сказал Сайрон. – Ты напоминаешь мне кое-кого.
– А при чем здесь моя сабля? – нахмурилась Дженна.
– Я научу тебя подчинять своей воле стихию огня, – ответил ей маг. – Но ты навсегда останешься в подчинении у мертвой воды. А это значит, что тебе понадобится оружие, способное останавливать кадаверов, – что-то, чем ты сможешь отрубать им головы.
– Топор? – рассмеялась девушка, живо представив в своих руках тролльское оружие.
Сайрон покачал головой:
– Поживем – увидим. Но я точно знаю, кто из кузнецов способен создать подходящую сталь.
Велика и прекрасна страна Гиатайна: диким зверьем, птицей да рыбой богата. Черная земля хлеб белый дарит и древесину крепкую растит. А в утробе ее другие леса расцветают. Из золота их ветви, из самоцветов листва.
Но еще больше сокрыто в горных недрах знаний тайных. И мастера, вкусившие той мудрости, на весь Северный край славятся. Однако стерегут богатства свои Хозяева строгие: Дева Медной горы, Мать Синюшка да Отец Малахитовая Борода. А открывают они пути в сокровищницы только тем, кто руками работящ, умом пытлив и душою чист.
На следующий день они покинули дом с голубыми стенами и направились на юг. Дженна ехала верхом на серой кобыле, а Сайрон – на угольно-черном жеребце.
Исаа́р даже на фоне могучей Марты отличался богатырским сложением. Его длинные грива и хвост, заплетенные в косы, переливались на солнце, точно перья во́рона. Кобыла Дженны на нового попутчика поглядывала искоса. А сама девушка не решилась расспрашивать, откуда взялся этот таинственный Исаар. В его запахе, кроме конского духа, она ощущала еще что-то подозрительное.
Путь мага и его ученицы пролегал вдоль Кадимской горной цепи: через болота и леса, холмы и долы, на юг – в сторону Аркха. Северное лето стояло в самом разгаре. Жаркие солнечные дни перемежались холодными и хмурыми. Когда ливни шли сутками напролет, путники пережидали непогоду, укрывшись в какой-нибудь пещере или под наскоро смастеренным навесом.
Учитель Дженны не любил сырости, объясняя это тем, что вода ослабляет его магию. В дождливую погоду он становился угрюм и немногословен. Если спрятаться от непогоды было негде, путники ехали в полном молчании. Но как только им удавалось найти место для лагеря и разжечь костер, разговоры возобновлялись.
Сайрон рассказывал, что качество огня бывает разным. Самым опасным из всех считался подземный: яростный и упрямый. Остановить его было не под силу даже опытному магу, ибо стихией повелевает сама земля.
Непредсказуемый свободолюбивый нрав был и у огня небесного, возникшего от удара молнии. В народе говорили, что его не затушить водой, а только лишь молоком от черной коровы.
Из огнива высекали огонь сильный и жесткий. Наиболее доброе и покладистое пламя рождало дерево. Ну а личное пламя напрямую зависело от характера чародея.
Маг учил Дженну внимать стихии и улавливать ее отголоски в собственном теле. С удивлением девушка обнаружила, что на рисунок танца и на его звучание влияет не только влажность воздуха и порода древесины.
