– Время доказало мне, что никогда нельзя быть в чем-то абсолютно уверенной, – тихо проговорила Алекс, нарушив их уютное молчание, во время которого Александр парил на крыльях, не желая возвращаться в реальность, и слова девушки оказались словно бы ведром холодной воды. Мужчина моргнул, заставляя себя спуститься с облаков на землю, и недоверчиво покачал головой:
– Неужели вы не верите мне?..
Францу казалось невероятным, чтобы в его чувствах, которые не давали ему покоя уже столько времени, сомневались. Однако он призвал себя к порядку, выдохнул и медленно поднес ручку Алекс к губам:
– Я понимаю… Сомнения стали неотъемлемой частью жизни. Свободная любовь, измены, нарушения обещаний в конце концов приводят к тому, что те, кто к этому не склонен, разочаровываются и закрываются, исповедуя принцип, что не доверять – надёжнее.
Взгляд Александры смягчился, и она коснулась его щеки мягким прикосновением:
– Я рада, что вы не принимаете мои сомнения на свой счёт.
Александр поймал ее ручку у своей щеки поцелуем-прикосновением, чувствуя, что теряется в этой чарующей глубине тихого голубого взгляда. Он был пленен не выразимым никакими словами тихим светом очарования, исходящим изнутри души девушки, этой загадочной нежностью и мягкой лукавой искоркой, которая озаряла каждый ее взгляд и жест.
– Жизнь щедро дарит разочарования, – тихо сказал он, – и порой так скупится на счастье. Но даже в глубоком мраке иногда проскальзывает вспышка света, – теперь он касался губами запястья Алекс, и она слегка прикрыла глаза: девушке было приятно находится рядом с этим сильным и одиноким человеком, все еще способном испытывать такие яркие чувства.
– И я хочу в это верить, – так же негромко произнесла она, когда их взоры снова встретились, и Александр не мог оторваться от чарующего движения ее длинных выразительных ресниц. – Верить вам, Александр Константинович. – И я уверена, мы с вами смогли заметить здесь друг друга от того, что очень похожи: оба образованные, одинокие и недоверчивые.
Они снова подались навстречу друг другу, и теперь уже ладонь Александра несмело коснулась щечки девушки, ласково заправив за ее ушко пушистый своевольный завиток золотой пряди. Он наклонился к ее щечке, к ее ушку… и вдруг прошептал, признаваясь в порывистом и неожиданном желании:
– Я хочу, чтобы это продолжалось всю жизнь… Чтобы мы никогда не расставались.
Александра с едва уловимой улыбкой прикрыла глаза, обернувшись в сторону дома – на веранду вышли покурить несколько мужчин, и идиллия их уединенного разговора уже была нарушена. И все же даже возвращение к гостям не могло испортить настроения Александра Константиновича, а Андрей, заметивший сияющий взгляд друга, довольно улыбался своему бокалу с неплохим коньяком.
– Не надо мне ничего говорить, – предупредил друга Франц, заметив, что тот уже открыл было рот, чтобы выдать нечто весьма «ценное» относительно продвижения отношений, но после фразы Александра покорно поднял руку вверх и весело рассмеялся:
– Ни в коем случае! Но уж от тоста своего товарища не откажешься?..
Отказаться было и вправду очень сложно, и мужчина предпочел принять бокал с красноречивым содержимым; когда время уже перевалило за час, все начали расходиться по домам. Кто-то на своих ногах, кто-то на чужих, но Александр смотрел на них с тоской и скрытой жалостью – он выпил бокал вина с Алекс, уступил двум тостам друга, но голова была его ясной. Он вызвался проводить гостей, и вот, Артур Робертович, рядом с которым идет Александра, готовая в случае необходимости поддержать слегка перебравшего доктора, и сам Франц, который галантно шел с Варей, занимая девочку разговором и еще раз благодаря ее за искусно вышитые салфетки – милый подарок от их рукодельницы. Попрощавшись у порога дома, мужчина дождался, пока зажегшийся свет погаснет, и тогда они уже не спеша направились к дому Александры, и вновь девушка оказалась совсем близко, когда они остановились.
– Вы совсем замерзли, – с улыбкой заметила Александра, мягко коснувшись холодной руки Франца: – Мы можем выпить чаю… И поговорить, как близкие друзья.
Ответ был красноречиво написан на лице Александра, так что Алекс слегка рассмеялась, и от звука ее голоса господин полицейский пришел в еще большее волнение. Но смущение отступило, сдав свои позиции окрыленности от благосклонности Александры к его словам и чувствам, и он терялся от счастья от ее игривой доброй иронии.
Девушка сама взяла его за руку, и он пошел за ней, опередив лишь у самых дверей, а когда они проскользнули в уютную прихожую, Франц поймал ее в объятия и накрыл ее губы порывом нежности и еще более красноречивого признания. Алекс сначала замерла на мгновение, но потом медленно положила ручку на его плечо и мягко ответила и на этот поцелуй. Сильные руки Александра дарили тепло и уверенность, и лишь несколько минут спустя девушка едва уловимо рассмеялась:
– А у меня есть особенно вкусный чай… Вы не забыли?
