– Чего явилась, Лукина? – лениво растягивая слова, сказала Маша. – Что смотришь?
– Пожалуйста, дайте пройти, – вежливо сказала девочка, сделав шаг к двери, но тут же рука Маши остановила ее:
– Тц-ц-ц, как не хорошо на вопрос не отвечать, – Маша осмотрела ее платье, прическу и портфель с явной завистью и вдруг вытащила из него пенал. – Ух ты, а что тут у нас…
– Верни, это мое! – воскликнула Варя, потянувшись за пеналом, но в руке Маши его уже не было – она перебросила его своей подружке, стоявшей в углу. Варя сделала шаг к ней – пенал улетел в другой угол под хохот и свист других одноклассников.
– А ну отдайте пенал Вари! – крикнул Кирилл, набросившись на Машу, но тут же получил от какой-то девчонки. Сама Маша оттолкнула его со злобой: «Проваливай, очкарик!», и схватила Варю за платье:
– Знай свое место, нищенка! – прошипела Маша. – И не смей больше наряжаться как мы!
– Или что? – вздернула голову Варя, которую очень задели эти оскорбления, и терпеть их девочка уже не могла. – Ты мне запретишь?
– Ах ты!.. – Маша взвизгнула и в ярости вцепилась в волосы девочки – в прическу, которой завидовала всю линейку, ведь сама она так не умела, а мама никогда не делала ей ничего интереснее простой косы.
Варя ответила ударом по щеке, на нее налетели припевалы Маши, и завязалась девчачья драка, страшная и беспощадная.
На крики наконец-то пришла Светлана Павловна, все получавшая поздравления за долгую и плодотворную работу с детьми. Увидев драку девочек, она тут же крикнула:
– Лукина! Немедленно прекратить!
От строгого голоса учительницы ребята бросились врассыпную, и в центре класса осталась одна Варя, в помятом платье, с растрепанной прической и порванным воротником. Маше тоже досталось – на ее щеке красовался большой красный след от ноготочков Вари. Но Светлана Павловна скривилась и с презрением посмотрела на Варю:
– Докатилась до драки, замарашка, – словно выплюнула она. – Неудивительно, что лезешь с кулаками, вся в мать. Так же и закончишь как она, в глухом лесу неизвестно с кем…
Краска бросилась в лицо Варе, а в следующее мгновение девочка побелела. Сердце почему-то забыло, что должно стучать, а в глазах защипали предательские слезы. В классе повисла зловещая тишина – все смотрели на учительницу, нагло ухмыляющихся девиц и Варвару, которая со всех сил вцепилась одной рукой в портфель, а другой – в отвоеванный пенал. И вдруг она развернулась и вылетела прочь из кабинета, игнорируя угрозы рассерженной учительницы русского языка и литературы. Сбежав вниз по лестнице, Варя замерла у окна – она не хотела, чтобы папа увидел ее сейчас в таком состоянии. Толпа родителей уже поредела, оставались лишь немногие, и среди них Варя заметила знакомые золотистые волосы – сердце девочки снова пропустило удар, но на этот раз от радости. Не думая больше о том, как она сейчас выглядит, Варвара выбежала из школы и, едва успев притормозить, остановилась перед ошеломленной Александрой.
Александра задумчиво прогуливалась по школьному двору, думая о годах своей учебы и о том, что мир изменился везде, кроме этого места, воспоминания о котором почему-то принято считать самыми лучшими. Она уже прикидывала в голове, куда они отправятся с Варей после урока знаний, как погуляют и пообедают вместе, а потом, может быть, навестят доктора в больнице – Артур Робертович снова поспешил в больницу, но горе-гонщиков должны были выписать сегодня, и к вечеру он может освободиться. Увидев Варю на крыльце, Алекс улыбнулась и поспешила навстречу девочке, но тут же нахмурилась, поняв, в каком она состоянии.
– Кто? – спросила Александра, глядя на ссадины и растрепанные волосы. – Кто на тебя напал?
Варя лишь покачала головой и обняла Алекс, стараясь спрятать в этих объятиях свои слезы. Девушка крепко обняла девочку, погладив ее по спинке и жестким прищуренным взглядом посмотрела на школу – на окна второго этажа с развеселыми показными листочками и доносящимся на улицу резким голосом учительницы.
Девушка разрывалась между двумя одинаково сильными чувствами: первым было желание ворваться и разнести все, оттаскав всех этих девчонок за их крашеные волосы и весьма доходчиво объяснить их так называемой учительнице, что входит в ее обязанности… Вторая, более здравая мысль, – нельзя вот так бросить Варю на улице и уж тем более брать ее с собой в класс. Пока девушка успокаивала ее, на дороге мимо школы появилась знакомая фигура с бело-синим букетом – поначалу девушка подумала, что это чей-то забывчивый отец донес цветы из дома, но, приглядевшись, она узнала Александра, его копну светло-серебристых волос ни с кем спутать было невозможно.
– Я хотел вас поздравить… – обескураженно произнес Франц, опустив цветы, помедлив, сел на корточки рядом с Варварой: – Что случилось?..
– Милая, иди с Александром Константиновичем, – мягко попросила Александра, встречаясь с зелеными непонимающими глазами: – Он откроет тебе мой дом, вы выпьете чаю и подождете меня… Хорошо?
