Александру хватило одного короткого взгляда, брошенного на девушку, чтобы не то что понять, а скорее почувствовать ее состояние. Он догадался – с Варей произошло что-то неприятное, и потому решил не доискиваться объяснений у Александры, которая все равно их не даст, а уделить все внимание Варваре, которая вела себя пугающе тихо.
– Мы будем ждать вас, – коротко сказал Франц, и в глубоких голубых глазах мелькнул огонек благодарности за его внимание, тактичность и поддержку. Появилась мимолетная мысль, что это тот самый редкий в наше время тип людей, с которыми хорошо быть в трудную минуту – очевидно, отблеск этой мысли и увидел Александр, но девушка поспешила взять себя в руки и, круто развернувшись, направилась в школу, а мужчина, немного помедлив, вновь опустился перед Варей и с улыбкой преподнес ей красивый букет из белых и чарующе синих цветов:
– Пойдем?
Девочка, глубоко вздохнув, кивнула, и несколько мгновений спустя все же взяла букет: красивые цветы вызвали на ее лице невольную улыбку, и она чуть сильнее сжала руку Франца:
– Вы ведь хотели подарить эти цветы Александре?..
Франц про себя восхитился проницательностью Варвары и не стал лгать, кивнув:
– Да, я хотел. Но теперь они твои – ведь что бы там ни было, у тебя сегодня праздник.
Варя замерла, прикрыв глаза и стараясь унять вновь поднявшуюся из глубины души обиду от того, как начался сегодня ее первый урок, а Александр словно угадал ее состояние, потому что не слишком торопился с открыванием двери, замешкавшись в выборе ключей. Наконец, они вошли в дом, и девочка под предлогом поиска вазы оставила его одного: мужчина и сам понимал, что не стоит лезть со своими расспросами. Варя осталась в гостиной, а вот Александр не смог скрыть своего любопытства, и направился уже известной ему дорогой к комнате Алекс.
Едва лишь он вошел, как его окутал приятный аромат нежных духов, и Александр прикрыл глаза, вспоминая тот самый вечер и ночь, легкие прикосновения, изящные движения и мелодичный голос… Он медленно, с замиранием сердца, прошелся по комнате. На столике с украшениями, как и на письменном столе, царил идеальный порядок. Александр полюбовался яркими камнями, вспомнив, как по-настоящему они раскрывались, лишь когда Алекс надевала их, слегка поправил чуть сбившуюся от ветра занавеску и вдруг обратил внимание на довольно толстую папку с какими-то важными бумагами. Одна из них предательски выбивалась из ровной стопки остальных, и Франц, лишь немного поколебавшись, подошел к столу и поправил лежащий сверху листок, невольно обратив внимание на заголовок документа. Это был договор о купле-продаже дома, и взгляд Александра вдруг остановился на показавшейся ему любопытной фразе. Секунду помедлив, он открыл папку и начал внимательно вчитываться в документы.
Как оказалось, сделка была крайне сложной и запутанной, так как дом принадлежал изначально нескольким собственникам и доли недвижимости передавались несколько раз по различным доверенностям. Перевернув несколько страниц скучного канцелярского текста, Александр замер: среди ровных строчек его взгляд выхватил имя собственника – Маргарита Соловьева. Франц слегка нахмурился, ему показалось, что где-то он уже слышал об этой девушке. То ли в материалах очередного дела, которые сыпались на его почту как из рога изобилия, то ли из разговоров селян… Нет, кажется, это ему рассказывал Степан, верный и исполнительный помощник, не раз делившийся разной информацией о жителях Михайловки. Александр еще раз прочитал доверенность и вдруг вспомнил, что у этой Маргариты должен был быть то ли кузен, то ли брат, который решил искать легкой жизни и подался в столицу… И, размышляя над словами Степана, так кстати пришедшими ему на ум, Александр еще внимательнее перелистал бумаги, задержавшись на списке собственников, продававших дом.
Александра заставила себя выдохнуть и уже спокойнее вошла в коридор, невольно осмотревшись по сторонам: кажется, все школы должны были выглядеть угнетающе и внушать детям тоску и страх, а на их родителей нагонять столь же тоскливые воспоминания. Коридор с непонятного цвета плиткой, облупившаяся краска на стенах, лестничный пролет из не слишком ровных ступенек и перила, на которых отпечатались следы от постоянных касаний. Девушка любезно поинтересовалась у охранника о номере кабинета и направилась на второй этаж, мысленно уже проигрывая в голове предстоящий диалог. Классный час подошел к концу, и множество детей как раз выпорхнули из классов, гомоня и обсуждая планы на сегодняшний день и вечер. Некоторые едва не врезались в Алекс, с любопытством рассматривая гостью и даже не стесняясь вслух обсуждать, не новая ли это учительница. Кабинет русского языка и литературы тоже уже был открыт: почти все ребята вышли, только Светлана Павловна была вынуждена задержаться для подготовки к завтрашнему учебному дню.
