Клэр растерянно скорчила гримасу и вслед за ними поторопилась покинуть комнату. Но не успела она оказаться снаружи, как снова заметила стоящего у её двери юного охранника.
– Сударь, если вы и дальше будете молчать, я просто сойду с ума! Прошу вас, подскажите хотя бы, как найти кабинет императора? – От безысходности Клэр уже готова была чуть ли не расплакаться, что как раз было заметно по её влажным глазам.
– Второй пролёт и налево, – сквозь зубы прошипел он, немного поразмыслив над ответом.
– Благодарю вас!
В привычном молчании эта странная парочка подошла к массивным дверям императорского кабинета, около которой их поджидал пожилой мужчина, похожий на дворецкого.
– Доброго дня! Меня ждёт… – Клэр обратилась к мужчине, преграждавшему им путь, но он тут же позволил себе её перебить:
– Государь уже заждался вас, юная особа! Проходите… – прошипел он и недовольно махнул рукой в сторону двери.
Он резким движением поправил свой молочный фрак и пошёл вперёд, слегка прихрамывая на левую ногу. Проделав неуклюжие шаги коротенькими ножками, он открыл перед ней дверь.
В кабинете помимо императора находился Франсуа. Клэр мельком взглянула сперва на него и тут же перевела взгляд на Александра Павловича. Клэр демонстративно показывала, что Франсуа ей ни капли не интересен. Всё время она упорно делала вид, словно его и вовсе нет рядом.
– А! Вот и вы, Клэр Данииловна, прошу, проходите, – приветливо, ласково, словно лиса, начал император.
– Ваше Императорское Величество! – Клэр опустилась в глубоком реверансе. Схватила руками юбку.
– Франсуа поведал мне, что вы уже имели честь быть с ним знакомы, тем лучше!.. Сразу к сути, ибо времени у нас совсем мало.
– Государь? – Лицо Клэр сделалось серьёзным и внимательным, что очень понравилось Его Величеству.
– Если вы, Клэр, хорошо помните наш вчерашний разговор, то мы так и не пришли к общему мнению относительно того, каким способом вернуть кольцо Бонапарту. План может показаться на удивление простым, тем не менее от вас, как ни от кого другого, понадобится много усердия, сил и храбрости.
– Я не меньше вашего заинтересована в скорейшем выполнении этого задания. Вы ведь понимаете? – акцентировала Клэр, подозревая, что император Александр не рассказал Франсуа о том, как она здесь оказалась. – Я постараюсь сделать всё, что от меня требуется.
– Я с упоением ждал от вас именно такой ответ. – Франсуа продолжал демонстративно всматриваться в рисунок платья Клэр, держа руки за спиной. – Вы и господин де Миро будете приглашены французским послом графом Лористоном в самое сердце Франции. Мой давний друг и правая рука Бонапарта Арман де Коленкур непременно в этом посодействует. К началу декабря они планировали почтить нас своим визитом. Но на решение Коленкура должны повлиять не только мы, но и вы, Клэр. Ваша красота и природное обаяние станут, безусловно, большим козырем. Однако хочу заметить, без безупречного знания языка вам сложно будет покорить их сердца. Для вашего личного обучения будут предоставлены три учителя, Франсуа обучит языку. Что касается этикета и знания придворной жизни, этим будут заниматься фрейлины Елизаветы Алексеевны.
Александр подошёл к Клэр очень близко и взглянул на неё – властно, давяще. Клэр, не сходя со своего места, слегка вжала шею в плечи и еле заметно закусила губу. Глядя на него снизу вверх, она таким образом невидимо сопротивлялась его натиску.
– У всех нас очень мало времени. Повторюсь, от вас требуется упорство и выдержка. Вы и Франсуа будете представлены как странствующая помолвленная пара, – услышав одно из главных условий предстоящей операции, Клэр широко раскрытыми глазами посмотрела на Франсуа и лишь начала произносить ответное слово, как тут же была прервана мягким, но убедительным голосом Александра: – Лишь видимость, мадемуазель. На деле вас и господина де Миро ничего не должно связывать.
– Но, Ваше Величество, неужели даже фиктивно это так необходимо? Как вы уже могли догадаться, я по-прежнему испытываю чувства к Мишелю, и, даже несмотря на его поступок, они не изменились, – Клэр всеми силами пыталась оправдать своё нежелание идти на этот обман. – Только представьте, в какой ярости он будет, когда узнает об этом.
Император прищурил глаза, но лёгкая улыбка по-прежнему оставалась на его благородном лице.
– Князь Равнин лишь по моему личному подозрению вас в шпионаже поступился своими чувствами. Для своего императора и родины он отдаст всё самое дорогое. Всё, что у него есть, поверьте.
– И даже честь? – с упрёком уколола Клэр.
– Прошу впредь не обсуждать мои решения, мадемуазель, иначе я могу усомниться в вашем желании довести дело до конца, – проигнорировав её вопрос, сказал Александр, повернулся к ней спиной и проследовал к своему длинному рабочему столу.
– Возможно, Клэр Данииловне стоит просто привыкнуть к этой мысли, Ваше Величество? Позвольте сегодня же начать первый урок? – наконец вмешался Франсуа, заняв место государя перед ней.
– Позволяю, – выдержав паузу, ответил император, царственно и демонстративно меняя местами листы бумаги, лежащие на столе.
