За рассказом Сета мы как-то забыли о призрачных шакалах и теперь, оглянувшись, я увидел сплошной вал оскаленных пастей, горящих ненавистью желтых глаз и длинных узких клыков.
Он набегал на нас стеной, первые пасти уже касались бампера и примеривались жрать покрышки.
- Ну, сейчас начнется... - изрекла птица и покрепче впилась когтями в сиденье.
Глава 8
Иван.
"Импала" под напором тварей заметно просела и замедлила ход. Оглушительно визжали покрышки - Сет выжимал из двигателя всё, что мог. Из-под колёс летели фонтаны пыли, но скорости это не прибавляло. Твари окружили машину со всех сторон.
В заднее стекло врезалась женщина с телом птицы. Распяленный в крике рот обрамляли черные губы, крючковатый нос нависал подобно клюву. Глаза у неё были по-птичьи круглые и абсолютно безумные. Впившись когтями в крышку багажника, женщина замолотила по стеклу крыльями.
С машиной поравнялся здоровый бугай с головой сокола. Вот он прыгнул, на мгновение руки его стали крыльями, а потом "Импала" содрогнулась - мужик приземлился на крышу. Зловеще заскрежетало железо.
- Наконец-то нормальное дело, - пробормотала Машка, расчехляя пистолеты.
Быстро крутя ручку, она опустила стекло.
- Пыли напустишь, - заныла Гамаюн.
- Спокуха, хрящ. Болото наше...
Моя напарница преобразилась. Исчез румянец, скулы заострились, глаза приобрели жесткий металлический блеск. Её движения перестали быть по-детски неуклюжими, а стали точными и скупыми.
- Вань, подержи меня.
Она вылезла по-пояс из окна и прицелилась в бугая на крыше. Я ухватил её за ботинки.
- Этим тварям пули не страшны.
- Посмотрим, - вытянув руки, она уравновесила качку машины с движением ствола и открыла прицельный огонь. Выстрелы звучали глухо, будто лопались воздушные шарики.
Дорога сделалась хуже. То и дело попадались глубокие трещины, промоины, "Импалу" подкидывало, как на американских горках.
К моему удивлению, Машке удалось сбить птицеголового. Потом она взялась за гарпию, бестрепетно отстрелив ей крылья. Гарпия завизжала, свалилась с машины и её закрутил песчаный смерч...
- Держи крепче! - прокричала напарница и вылезла еще дальше. Одним выстрелом сняла тварь, присосавшуюся к колесу, затем выстрелила вверх - раз, другой, третий.
Лицо у Машки было безразличное и пустое. Как в тире, подумал я. Выстрел - очко, выстрел - очко...
Лумумба вел себя на удивление тихо. Для него погони как бы и не существовало, он её просто не замечал. Сидел себе и в ус не дул.
- Давай вторую обойму! - крикнула напарница. Визжали покрышки, свистел ветер, завывали песчаные твари...
Через пять минут Маша сменила пистолет - швырнув старый на сиденье, где он теперь тихо остывал и потрескивал.
В окно летел острый колючий песок, он пах кремнием и огнем. Жарко было, как в печке. Одно радовало: мотор Импалы гудел ровно и басовито, словно обожравшийся мёду шмель.
Вопреки моему недоверию к огнестрельному оружию, туча монстров помаленьку редела. Никто больше не запрыгивал на крышу, не колотился головой в стекло, не рвал зубами покрышки, не пытался оторвать двери...
- Мы победили? - робко спросила Гамаюн, высовывая клюв из-под сиденья. Птица была вся в пыли и остро пахла перегретой проводкой.
- Так, немножко, - скромно пробурчала Машка, скатываясь в салон и быстро закручивая ручку окна. От неё пахло солнцем, здоровым девичьим потом и ружейной смазкой. - Эх, жалко нет пулемета. Пулемет бы мне сюда...
- Как это нет? - возмутился Сет. Нам было видно только его лысину и выпирающий из майки-алкоголички потный загривок. Не отрывая взгляда от дороги, он лихо ворочал руль, дергал коробку передач и давил на педали. - В багажнике лежит.
- И ты молчал! - Машка аж подпрыгнула на сиденье. - Остановись на минутку. Я его достану...
- Патронов-то нет. Я их в кости проиграл. Крокодилу Себеку.
- У... - напарница пнула спинку водительского кресла и понуро ссутулилась. - Лучше б ты свою жопу проиграл.
- Маша, не ругайся, - одернул её Лумумба, но так, по привычке. Без строгости. - Долго нам еще? - спросил он у Сета.
- Не доедем, - ответил тот, глядя в зеркало заднего вида на красное, как апельсин, солнце. Оно лениво зависло над горизонтом, прикидывая: то-ли рухнуть за край одним махом, как подбитая куропатка, то-ли спуститься медленно и осторожно, как гусь в холодную воду. - Ночь - вотчина Никты...
- Это та гарпия? - спросила Машка. - Без крыльев она не очень хорошо будет летать.
- А ей и не надо, - сверкнул глазами Сет. - Она на нас морок напустит, глаза затуманит, в зыбучие пески заведет - сгинем, как миленькие.
- Ну, не так всё плохо, - беспечно махнул ручкой учитель.
Мы с Машкой переглянулись. Он что, пока мы тут воевали, стоял в очереди за пиццей?
- Бвана, у нас тут как бы проблемы, - осторожно заметил я.
- Опять ноешь, падаван, - поморщился наставник.
- Я-то может и ною. Но вы могли бы и помочь, - беспечность наставника начала меня раздражать. - Хочется, знаете ли, хоть куда-нибудь приехать.
