- Разумеется, - шеф отвесил женщине витиеватый поклон. Та в ответ чуть кивнула.
...Базиль, в отличие от нас, цвел хризантемой и благоухал, как французская королева. С головы его помахивала петушьим пером треуголка, шею обнимало кружевное жабо, с плеч струился бархатный камзол. О сапогах я вообще молчу: в начищенной до блеска коже отражалась вся Африка и сопредельные страны в придачу.
Нет, я не понимаю: он играть собрался, или на банкет с шампанским и устрицами?
Бог смерти протрезвел, побрился и поглядывал довольно воинственно. От него почти не пахло сивухой, зато аромат цветочного одеколона шибал просто наповал. Надо будет посоветовать шефу это чудо морское нападающим сделать. Он одним запахом половину соперников перебьет...
Несмотря на то, что вырядился в поддельную спортивную форму, белоснежные кроссовки и сине-желто-зеленые гольфы, рядом с шефом он смотрелся, как фазанья курочка рядом с мужем.
Стратегию игры мы обговорили заранее. Инструктаж, правда, занял минуты две и заключался в приказе шефа действовать по обстановке, смотреть в оба и не зевать.
На меня оставили ворота. Смысла я в этом особого не видела, но возмущаться не стала. Я - охотник на монстров. Приходилось работать с вурдалаками, мантикорами, гидрами и грифонами, с мелкими пакостниками вроде шатунов, слякотников и причетников... С зомби, разумеется... Я знаю их повадки, умею выследить, не выдав себя, заманить в ловушку или убить в честном поединке.
Но здесь, на поле с зеленой травкой, собрались такие монстры, о которых ни в одной книжке не пишут и ни в одном кино не показывают. Это были монстры природные, монстры по натуре, монстры божьей милостью. Им богами прикинуться - что задницу почесать.
Я что хочу сказать: я привыкла к креатурам, наколдованным обычными людьми. Эти же были, как шампунь от перхоти. Два в одном: маги и чудовища, одновременно...
Честно говоря, меня к такому не готовили. Я будто попала в лес, где на каждом дереве висит табличка "здесь водятся драконы", и нет ни одной карты.
Бабуля - в той, до Распыления жизни, был профессиональным киберигроком. Так вот, он говорил: даже в игре нужно рассчитывать силы и трезво оценивать возможности. Иначе никаких жизней не хватит.
И я решила не выпендриваться. Побыть, как называл это Таракан, в запасе. Поле большое, монстров много. Пусть жрут друг друга.
А когда грядочку проредят, тогда и для меня работка найдется...
И еще один любопытный момент: вожак горилл, улучив момент, жестом подозвал Ваньку и что-то пробурчал на ухо. Ванька благодарно кивнул, похлопал гориллу по плечу и рванул назад.
- Это... - он даже запыхался от возбуждения. - Оказывается, Гамаюн, как существо магическое, попадает под правило шестидесяти секунд.
Мы посмотрели на птичку.
- Ты ведь об этом знала, милая, не так ли? - ласково вопросил шеф. Ворона заметалась.
- Да я... наверное, забыла.
- Нет, милая. Ты собиралась сорвать игру, - шеф уставил на птицу обличающий перст. - Ты рассчитала: как только минует шестьдесят секунд, нам припишут удаление.
Гамаюн накрыла голову крыльями.
- Хозяин, я хотела как лучше... Вас же тут убьют. Покалечат и изуродуют... Что я Товарищу Седому скажу?
- Значит так... - начал Лумумба.
В этот момент прозвучал сигнал к построению. Все потрусили к середине поля.
- Твоё счастье, что игра началась, - быстро сказал шеф. - Но если проиграем - ты летишь в Москву, - он тюкнул её пальцем по голове и ворона, каркнув от неожиданности, втянулась шефу под ноготь.
Игра началась.
Момент, когда это произошло, как-то смазался.
Прозвучал гонг, с неба упали три крохотные точки, к ним рванули игроки. Я не сразу сообразила, что точки - это и есть мячи.
От ворот видно не так уж много. Слева застыл тритон - по-моему, он даже не моргал. Справа - горилл. Упершись костяшками пальцев в траву, он мерно раскачивался, ухал и поглядывал на меня добрыми маленькими глазками. Когда я на него посмотрела, горилл извлек откуда-то банан, улыбнулся и кинул его мне.
Основное рубилово шло в середине поля. Игроки казались оловянными солдатиками, выставленными на ковер в детской.
То и дело приходилось подпрыгивать и вытягивать шею, чтобы хоть что-то увидеть. Эх, мне бы ноги подлиннее... Или стремянку на худой конец.
И тут мимо - я почувствовала, как взметнулись волосы - пронесся золотисто-коричневый сквозняк. Мелькнул, как молния, и пропал, оставив запах мускуса и ощущение шелковистого меха.
Раздался пронзительный сигнал - будто прямо над ухом рвут железный лист. На наших воротах скрестились несколько разноцветных лучей. Трибуны взревели, небо над полем начало подпрыгивать, словно крышка на кипящей кастрюльке.
Нич-чего не понимаю...
- Ты пропустила гол! - рядом возник напарник. - Слышишь? Ты гол пропустила!
- Какой гол? Где?
Оглянувшись, я увидела позади себя мяч. Он лежал, уютно устроившись в сетке ворот, как кот в корзинке, и издевательски мурчал.
Не помня себя от досады, я пнула неблагодарную скотину в брюхо. Вспорхнув, мяч описал красивую дугу и упал где-то за центральной полосой, на другом конце поля. Трибуны снова взвыли.
