И еще поразило лицо: выбеленный овал, на котором черной краской нарисованы бездонные провалы глаз и носа, а также широкий рот, тёмный шрам которого стягивали грубые частые стежки... Страшненькое, в общем-то личико. Из тех, которые, увидав во сне, можно заикой стать.
За женщиной, не переходя границ светового круга, стояли двое мужчин. Белыми манишками и черными похоронными костюмами они напоминали гробовщиков.
Четвертой была румяная, очень полная тетенька в белом, туго повязанном на голове платочке а-ля матушка-медведица.
Дальше были другие: девушки с глазами змей и покрытыми перламутровой чешуей обнаженными телами, добрый крокодил на задних лапах - я решила что он добрый, потому что на плече у крокодила сидела птичка, и он её не ел; громадный, желтый как касторка, бегемот - все они тихо стояли за пределами светового круга, больше угадываясь во тьме, чем реально присутствуя, и смотрели, не отрываясь, на нашего шефа.
Я подумала: а где же Пушок? Где наш ручной тираннозавр? Ведь он тоже был где-то там, в темноте, и все эти милые люди должны были как-то пройти мимо него, чтобы заглянуть к нам на огонек... Я скосила глаза на Ваньку. У него было такое лицо, что я догадалась: напарника одолевают схожие мысли.
- Эрзули! - поднялся навстречу женщине с зашитыми губами Базиль. - Рад тебя видеть, красотка! Всё хорошеешь.
- Так же, как и ты, Легба, - Эрзули кокетливо повела обнаженным плечиком. - Седина тебе в бороду.
Шеф поцеловал похожую на сушеную куриную лапку руку.
- Я скучал, - тихо добавил он.
- Лжец, - польщенно улыбнулась дама.
Зубы, кстати, у неё тоже были чёрными, и какими-то скользкими на вид.
А на свет вышла толстуха.
- Приветствую тебя, Легба, хозяин дорог, - сказала она, улыбаясь каждой морщинкой. Улыбка делала лицо толстухи похожим на добродушное печеное яблочко.
- Бригитта! - Лумумба раскрыл объятия. - Как дела, старая ведьма? - голос его был полон нежности и обожания.
- Твоими молитвами сынок, твоими молитвами, - оглядев Лумумбу с ног до головы, она перевела взгляд на нас с Ванькой, притулившихся, как две сиротки, у костра. - Твои? - спросила она чуть изменившимся голосом.
- Мои, - шеф гордо встал рядом с нами.
- Наслышана, наслышана... - пробормотала толстуха как бы про себя, но в то же время очень громко. - Ну-ка, добрый молодец, повернись-ка передом, - толстуха взяла Ваньку за плечи и вгляделась в лицо. Насмотревшись, вновь обратилась к Базилю: - Шалун у тебя сынуля, а, Легба?
Я прямо чувствовала, как по Ванькиным щекам ползет багровый румянец.
- Я это... госпожа Бриджит... Не сын я. Ученик тока...
- Сирота, значит? - и она похлопала его по щеке. - Зови меня Мамой, детка, - и толстуха, подобрав юбки, уселась на бревнышко у костра.
Ни мне, ни Т'чале толстуха не сказала ни слова.
- Ну, какими судьбами? - спросила она Лумумбу, обирая с подола травинки.
- Ты знаешь, Мама. Иначе бы не пришла.
- Вот и хорошо, - улыбнулась толстуха. - Меньше слов, больше дела... - и повернулась к подруге. - Фреда, милая, сходи, позови наших.
Красотка с зашитым ртом удалилась.
Лумумба молча повёл глазами и за ней, лязгнув железными перышками, сорвалась ворона.
Что-то не так, - сказал наставник, едва мы переступили границу Нави. И я была с ним согласна на четыреста двадцать процентов. Потусторонние джунгли, а в особенности эти лукавые Лоа не внушали никакого доверия. Самое главное, я никак не могла понять: мертвые они, или нет...
И тут, разрывая ночь на мелкие кусочки, заорал тираннозавр. Вопль вспугнул гнездящихся у нас над головами крыланов, огонь в костре взметнулся на неимоверную высоту...
Ванька, сорвавшись с места, помчался к любимцу.
- Наверное, комарик укусил, - небрежно заметила толстуха, глядя вслед моему напарнику.
А я подумала: это какой хобот нужен комарику, чтобы пробить жесткую, как рубероид, шкуру...
- Наверное, - Лумумба, встав, пошел за Ванькой, но будто наткнулся на невидимую стену. Ощупал её руками, попытался пробить плечом... А затем повернулся к толстухе.
- Хороший у тебя ученик, - глядя ему в глаза, произнесла толстуха. - Жалко, наверное, будет отдавать...
Глава 19
Маша
Шеф застыл. Он не верил тому, что услышал. Толстуха, сложив полные руки под передником, печально кивнула.
- Мы все заключаем сделки, Легба, - сказала она. - И всегда ищем выгоды. На этот раз повезло не тебе.
- У волшебника Аримана всё по-честному, без обмана, - передразнил её шеф. - Вы что, не понимаете, к чему это приведет?
- Сделка есть сделка, - пожала плечами толстуха.
Из тьмы, будто по команде, выступили гробовщики. Их антрацитовая кожа поглощала свет, белели только зубы, белки глаз и манишки.
- Ну что ж, - вздохнул наставник. - На этот раз вы ухватили кусок не по зубам, Мама.
- Это еще почему? - толстуха надменно вскинула подбородок.
- Потому что у вас на пути, - Базиль демонстративно снял плащ и бросил его на землю. - Буду стоять я.
- И я... - я встала рядом с шефом. К своему удивлению, почувствовала бедром дружеский толчок - Т'чала, перекинувшись, встал слева от меня, и задрав верхнюю губу, негромко рычал.
