Девушка тоже опустилась на пол и потянула Петрониуса за собой. Церковный служка протянул им шелковую подушку. Петрониус видел, что присутствующие рассматривают друг друга, но их не волнуют нагота, украшения, ранг и положение в обществе, богатство или нищета. Они интересуются человеком.
— Все, кто входит сюда, — прошептала Зита, опускаясь на колени, — равные среди равных, все — дети рая. Мужчины и женщины не отличаются друг от друга ничем, кроме тела.
Там, где обычно находился алтарь, стояла картина. Ее подмастерье заметил сразу. Во время первой встречи с адамитами картина была еще не закончена. Теперь она имела ясные очертания. Лишь в кое-каких местах отсутствовал последний слой краски и некоторые штрихи. Поэтому часть фигур оказались размыты.
— Это наше вероисповедание, Петрониус, — проговорила Зита, указывая на картину. — Мы смотрим из нашего мира на рай. Невинная жизнь, радостное общение друг с другом, свободное от низменных желаний. И мужчины, и женщины имеют одинаковые права и обязанности. Это — настоящий рай!
Петрониус кивнул, хотя не был согласен с такой трактовкой картины. Пейзаж в перспективе первой части триптиха переходил во вторую часть. Зритель смотрел на мир сверху, парил над ним, словно дух. Но что-то изменилось, стало нечетким. Людей встречал не настоящий рай, а — Петрониус не мог пока объяснить, ему нужно было подумать — измененное небесное царство, светский мир желаний и вожделений, в котором, как правильно заметила Зита, отсутствовало осознание вины.
В часовню вошел священник — высокий, широкоплечий, лысый мужчина. Петрониус скорее назвал бы его кузнецом. Священник обвел приход взором. Единственной одеждой ему служила сплетенная из грубой травы епитрахиль, которую он набросил как символ положения священнослужителя. Священник встал перед верующими и начал проповедь, что на время отвлекло Петрониуса от картины учителя.
После приветствия и вступительной молитвы священник запел «Kyrie»17. Что означало, насколько аугсбургский художник знал христианские обычаи, нарушение традиций проведения мессы. Здесь должно было идти покаяние. «Я признаю, Господь всемогущий, что я не сделал добра, а сделал зло — я согрешил в мыслях, словах и делах». Однако ни одного слова об этом не слетело с губ священника. За «Kyrie» шла «Gloria»18, которую повторяли лишь некоторые верующие.
Петрониус почувствовал, что Зита слегка придвинулась к нему, их бедра соприкоснулись. От ощущения близости тела Зиты у Петрониуса по спине побежали мурашки. Он почувствовал запах ее тела.
Затем священник перешел к чтению:
— «Вслед за этим дух повел Иисуса в пустыню, чтобы подвергнуть искушению. Сорок дней он голодал, и тогда к нему подошел искуситель и сказал: „Ты — Божий сын, скажи, чтобы эти камни стали хлебом“. Но ответил Иисус: „Не хлебом единым жив человек, а каждым словом, произнесенным устами Бога“».
Священник процитировал это место наизусть. Воцарилась тишина, в которой легкое дрожание волосков на теле показалось Петрониусу землетрясением. Зита не удостаивала его даже взглядом. Как завороженная она слушала проповедь, а подмастерье не мог понять, что привлекает его больше: картина или сидящая рядом обнаженная женщина.
— Если мы живем словом, как нам создать слова, — продолжал священник, — похожие на звезды, ясные и точные? Давайте искать эти звездные слова в нашем мире, они осветят нам путь во тьме и будут светить днем ярче солнца, чтобы указать правильный путь. Крестьянам звезды укажут работу, морякам помогут в плавании, а математикам — в наблюдениях и расчетах. Так ясны указания Бога, что даже крестьяне и моряки, не умеющие читать их, поймут звезды.
Мысли Петрониуса снова вернулись к картине. Священник говорил о картине и о точности, с которой выполнено ее послание . Несмотря на прохладный воздух, Петрониус почувствовал, как в часовне возросла влажность от испарений тел, как влага оседает на стенах, как по спине сбегают тонкие струйки, впитываясь в ковер. Он услышал, как капли всемирной жидкости падают в бассейн райского сада, услышал журчание ручьев, сливавшихся в саду любви в один поток, наполнявший озеро.
Картина была просто переполнена водяными символами. Раковины, рыбы, раки… разве не они означают слияние мужских и женских жидкостей, соединение в одном теле? Раковины — символы любви из-за сходства с женским лоном. Если художник рисовал женскую фигуру, его учили положить раковину на ее лоно как изображение вульвы. И все же Бог создал устрицу, а дьявол — ракушку. Там, в левой части картины, мужчина несет на спине ракушник, в котором происходит половой акт, и детородное семя кристаллизуется в три жемчужины.
— Мы, неумелые, должны упражняться в чтении настоящих звездных знаков нашей веры. Поэтому братство заказало картину, которая сможет представить наши слова в виде ясных знаков. Разве я не говорил об искушении? Вот мужчина несет его на своих плечах.
Священник указал на фигуру, которую Петрониус уже выделил для себя.
