Теперь, когда мы были уже в конкретной точке Белоруссии, следовало учесть самые малозаметные нюансы, на которые кроме нас никто не обратил бы внимания. Просто потому, что никто во всём свете не знал тайну этого уединённого места. Первым делом следовало установить некую почти мистическую взаимосвязь между бледной копией рисунка двухсотлетней давности и тем пейзажем, который лежал прямо перед нашими глазами. И моё внимание привлёк пресловутый крестик, который на всех «пиратских» картах показывал, где лежат золотые монеты.
– Где бы данное местечко начал искать тот человек, который приехал бы сюда, имея на руках вот этот план, – принялся рассуждать я вслух. На что бы он в первую очередь обратил внимание?
– Наверное, на тот кусок дороги, – пристроился сбоку Михаил, – который идёт к верхней ветряной мельнице. Но сейчас здесь никакой дороги нет и в помине.
– Давай, прежде всего, прикинем, где могла стоять та мельница, – предложил я в ответ. Она ведь была ветряной и должна была установлена в определённом месте.
Мы дружно повернулись налево и критически осмотрели противоположный берег реки.
– Я бы поставил её вон там, – неуверенно поводил Михаил пальцем в воздухе. И место достаточно высокое, открытое всем ветрам, а заодно её местоположение вполне соответствует нашему рисунку.
– Согласен, – кивнул я, – ветряк вполне мог стоять именно там, на бугорке. Теперь осталось найти дорогу, которая к нему вела.
– Непонятно только одно, – поскрёб мой друг затылок, – зачем кому-то понадобилось тащить дорогу через этот узенький аппендикс? Строить целых два моста, чтобы сэкономить пару сотен метров дороги? Что-то здесь не вяжется, слишком много геморроя.
– Чёрт его знает, – пожал я плечами. Можно только предположить, что двести лет назад проезд по одному из берегов был попросту невозможен.
– Но почему же? – удивился Воркунов, звонко шлепнув себя по коленкам. Там, я вижу, нормальное поле и нет каких-либо водных преград, типа болота.
– Так ведь это чёрти когда было! – постарался я перевести его внимание на более насущные проблемы. Земля в те времена была частная, и очень вероятно, что её владелец был крайне недоволен тем, что по его угодьям постоянно шныряли телеги с зерном. Вот мельникам и пришлось проложить дорогу через этот аппендикс, как бы в объезд.
Мы продолжили обсуждение, постепенно обойдя весь «полуостров сокровищ» по периметру. В конце нашей непродолжительной экскурсии стало вполне ясно, что дорога через него могла быть проложена только в одном, причём довольно узком перешейке. Во всех прочих местах берега реки были слишком обрывисты, топки, либо разновысоки. И только в двух местах можно было разглядеть что-то вроде давно заросшего съезда к воде. Причём создавалось такое впечатление, что мосты здесь были устроены временные, наплавные, и как какой-либо постоянной дороги здесь явно никогда и не было. Видимо только в мукомольный сезон, здесь наводились временные переправы для доставки зерна и вывоза готовой муки. Иными словами дорогу здесь прокладывали только осенью, где-то в конце августа, когда зерно окончательно высыхало.
– А когда французы зарыли свои бочонки? – поинтересовался Михаил.
– Как раз осенью и закопали. Полоцк был ими потерян 8-го октября по старому стилю, и значит, здесь они могли очутиться где-то числа пятнадцатого – двадцатого.
– То есть мосты здесь всё ещё были!
– Естественно были! Их, как и многие деревенские постройки такого рода сносило только весной, во время половодья. А в октябре они всё ещё стояли как миленькие!
Поскольку район поисков был определён однозначно, мы принялись готовить к работе наше поисковое оборудование. Но вначале было решено обозначить место предстоящей работы какими-то вешками. На полуострове росло единственное дерево и, вооружившись раскладной пилой, я направился к нему, с целью напилить десяток веток. Когда же я возвратился, то нашёл своего приятеля стоящего в глубокой задумчивости. На мой вопрос о причине столь мрачного вида, он молча указал пальцем на узкую вмятину в земле, внешне похожую на старую, давно обвалившуюся траншею.
– Да, – отбросил я сучья в сторону, – по всей видимости, тут явно кто-то копался.
– Неужели нас и здесь опередили? – неприязненно буркнул в ответ Михаил. Что же это нашему поколению никогда не везёт? Я уж так надеялся, что хоть тут нам удача посветит…
– Не вешай носа, – присел я около вмятины, – может быть это просто естественная промоина. Я когда сучки спиливал, видел в той стороне несколько похожих ямок, те даже и побольше этой будут.
– Правда? – вновь ожил мой друг. Тогда чего мы тянем, давай скорее прибор наладим. Может и вправду ничего не потеряно.
