На условленное место встречи я прибыл минут за пятнадцать до назначенного срока, но Сандрин, звонко цокая тоненькими каблучками, уже нетерпеливо выхаживала у дверей общепитовского заведения.
– О, Александр, – приветственно вскинула она правую руку, – как хорошо, что ты пришёл пораньше!
– Но ты, я вижу, здесь уже давно! – отвечал я ей в тон, уже по-свойски подхватывая под руку. Наверное, успела и проголодаться?
– Ой, теперь мне не до этого, – отмахнулась она, – посмотрите лучше, какие ответы я получила из Польши.
Развернув поданные листочки, я прочитал написанный от руки перевод справки: – На ваш запрос № 121/В32 можем сообщить следующее. Лидия Олеговна Ивицкая (в замужестве Контецкая) 1912 г.р. в период с 30.10. 1934 по 08.09. 1939 года проживала в городе Кракове по адресу ул. Сторожевая (Стражников) д. 14. В связи с началом боевых действий она с мужем Анжеем Контецким и двумя детьми выехала в местечко Руда, Люблинского воеводства. Дальнейшая судьба самого А. Контецкого неизвестна. О госпоже Л. О. Ивицкой удалось выяснить только то, что после войны она оказалась на территории СССР. Последние известия о ней зарегистрированы 22.03.68 г. по письму, отправленному ею из города Браслава…
– Так ей уж должно быть к девяноста годам! – быстро подсчитал я в уме. Даже если она и жива до сих пор, то вряд ли удастся узнать у неё хотя бы что-либо. В такие преклонные годы мозги уже окончательно изнашиваются!
Я вопросительно взглянул на Сандрин, но та лишь взглядом указала на вторую бумажку, всё ещё зажатую в моих пальцах. Спешно развернув и её, я прочитал следующее. Справка по местонахождению бывших польских подданных Контецкого Владислава 1935 г.р. и Контецкой Елизаветы 1937 г.р. На ваш запрос № 125/В32 сообщаем, что имеем лишь косвенные сведения о том, что Е. А. Контецкая проживает (предположительно) на территории республики Беларусь в городе Браславе, ул. Садовая дом 58.
– Я так понимаю, что на данный момент известно лишь примерное местонахождение только дочки Ольги Ивицкой? – недоумённо взглянул я на девушку. Не густо…
– Не помешало бы нам съездить в этот Браслав! – вместо ответа энергично подхватила она меня под руку. Ведь Беларусь, насколько я помню, находится где-то неподалёку от России!
– Да, так, – подтвердил я, – но всё равно это несколько сотен километров! К тому же я совершенно не представляю, как до этого города добраться из Санкт-Петербурга?
– Нас проконсультируют на ближайшем вокзале, – отмела мои сомнения Сандрин. Я вижу, ты вполне собран. Так что зайдём только за моей сумкой и едем без промедления!
Не поддаться её напору было немыслимо. Глаза девушки лихорадочно блестели, а сжимавшая моё запястье рука была горяча и трепетна. Цепко ухватив меня под локоть, она буквально поволокла меня вдоль улицы.
– Я этой ночью составила генеалогическое древо, в котором свела воедино моих родственников, Ивицких, а заодно и Контецких, – изредка поворачиваясь в мою сторону, повествовала Сандрин. И только тут поняла одну очень интересную вещь.
– Какую же? – задыхаясь от быстрой ходьбы, прохрипел я.
– Когда будем иметь возможность где-то спокойно поговорить, я расскажу! – выдохнула она в ответ.
С той минуты вся наша розыскная деятельность неожиданно получила совсем иные темпы, нежели до той поры. Забрав вещи Сандрин, состоявшие из её знаменитой сумки и туго набитого пластикового пакета, мы прямо у подъезда поймали такси и, выяснив у водителя, с какого вокзала поезда идут в Белоруссию, покатили на Витебский вокзал. Пока я стоял за билетами в очереди, проворная блондинка уже выяснила, где именно находится таинственный город Браслав. Причём сделала она это весьма просто. Купив в ближайшем киоске атлас автомобильных дорог, она мигом отыскала требуемую точку на карте.
– Александр, – возникла она рядом со мной в тот момент, когда я уже стал беспокоиться по поводу её длительного отсутствия, – в Браслав железная дорога не идёт. Ближайший к нему город, до которого можно доехать из вашей прежней столицы это Полоцк. Бери два билета именно туда, и на ближайший же поезд.
– Полоцк, – размышлял я, согласно кивая ей головой, – ну естественно! Ведь именно из Полоцка вышел в свой последний путь тот самый обоз, в составе которого был кассовый фургон корпуса Удино. Так что всё пока идёт в верном направлении.
К нашему счастью ближайший и единственный поезд Санкт-Петербург-Витебск отходил всего через полчаса. Таким образом, у нас появлялся реальный шанс добраться до нужного места уже сегодня. Схватив билеты на самые дешёвые места, мы понеслись к уже стоящему у платформы составу. Двенадцатый вагон оказался в самом дальнем его конце, но мы всё же успели, и за пять минут до отправления заняли свои места. В вагоне хотя и было немного прибрано, но общий вид его оставлял желать лучшего. Запылённые окантовки окон, несвежие занавески и душная атмосфера быстренько заставили привередливую француженку сморщить носик.
– Нет ли здесь какой-нибудь системы индивидуальной вентиляции? – капризным тоном произнесла она
