– Все равно картинки не получается, – замотал головой Михаил. – Тут либо все известно, либо ничего. Мы тоже ничего толком не знали, пока вы с Сандрин не обнаружили альбом Анны Николаевны. Но если бы кто-то добрался до этого рисунка раньше, то просто-напросто унес бы его с собой. И вам бы с этой тощей француженкой ничего не досталось…
Хлопнула дверь, и в помещение кухни поднялась Сандрин.
– Как вам наш суптчик? – подсела она ближе к Михаилу. – И как прошли поиски?
– Суп вполне приличный* – искоса зыркнул он на нее, – а поиски пока не дали результата. Про камень можешь даже и не спрашивать, мне он не попался.
– Завтра пойдем искать все вместе, – решительно вздернула та подбородок, – прямо с утра.
– Только надо взять с собой длинную веревку, – несколько оживился от ее присутствия Воркунов. – Без нее невозможно маркировать проверенное пространство, – пояснил он в ответ на наши непонимающие взгляды, – а иначе начинаешь путаться в трех соснах.
– Разве там только три сосны? – удивленно переспросила Сандрин.
– Это выражение такое, – пояснил я, – чисто российское. Определенный намек на трудность в ориентировке где-либо.
– О, это прямо про меня сказано, – смущенно улыбнулась девушка. – Я только в городе и умею ориентироваться. Так что вы завтра за мной присматривайте, иначе мигом потеряюсь.
– Ничего, на острове ты точно не заблудишься, – успокоительно потрепал я ее за плечо. – Если увидишь воду, тут же поворачивай в обратную сторону.
Вечером было решено отдохнуть и прогуляться по окрестностям. В половине шестого мы покинули дом и, добросовестно изображая отдыхающих, двинулись по направлению к деревне. Все же нужно было хотя бы приблизительно ознакомиться с местами, где мы оказались. Но сама деревня Местечко нас откровенно разочаровала. Только разноцветная красота осенней природы скрашивала впечатление от этого крайне убогого и словно бы всеми забытого места. Старые деревянные домишки, равно как и ограждавшие их покосившиеся заборы, однозначно указывали на то, что ее жители давно махнули рукой на собственную судьбу.
Дойдя до конца дороги, мы свернули налево, в направлении подходящего с восточной стороны перелеска. Постепенно извилистый проселок увел нас от обжитых мест в совершенно глухую местность. Солнце подсвечивало нас сзади, и мы медленно брели по песку, наступая на свои постоянно удлиняющиеся тени. Сандрин, как бы давая понять, что мы есть нечто целое, взяла нас под руки, связав тем самым в одну внешне дружную компанию.
– Что будем делать, если и завтра ничего не найдем? – не выдержав долгого молчания, поинтересовался Воркунов. – Поедем домой или будем искать до победного конца?
– Если не найдем, то действительно придется сматывать удочки, – неохотно подтвердил я.
если найдем, – подзадорила нас Сандрин, – тоже смотаем?
– Еще чего! – мигом взбодрился Михаил. – Непременно попробуем откопать и вывезти!
– Вы же хвалились, что у вас есть какой-то прибор для поисков металла, – повернулась теперь Сандрин в мою сторону. – Что же вы не взяли его с собой? И как же теперь вести поиски без него?
– В принципе, мы планировали его захватить, – бросил я уничтожающий взгляд на конфузливо отвернувшегося Михаила. – Но, видишь ли, дело в том, что он очень громоздкий. С такой штукой мы сразу же обозначили бы свои намерения. А привлекать к себе внимание вовсе не входило в наши планы. Так что мы посоветовались и посчитали его присутствие излишним.
– Во всяком случае, на первом этапе, – как ни в чем ни бывало, вставил Воркунов. – Если же по подсказке с портрета нам ничего откопать не удастся, то тогда мы, конечно… привезем его… в следующий раз…
– Но надеюсь, – постарался я перехватить нить столь неприятной беседы, -мы и так разберемся. Лишь бы тот камень найти поскорее…
– Надо решить, как потом все найденное повезем, – озабоченно проговорил Михаил. – Все же полтораста килограммов – вес очень солидный. Если загрузим монеты в маленькую двухвесельную лодку и вдобавок сядем в нее сами, то она попросту пойдет на дно!
– Зачем же грузить сразу все? – удивилась Сандрин, до этого момента вроде бы совершенно беззаботно помахивавшая сорванной веточкой. – Не проще ли перевезти их на берег понемногу, частями?
– Частями – это, конечно, хорошо, – досадливо сморщился Воркунов, – да только тут есть одна маленькая неувязка. Представляете, если мы завтра притащим с прогулки небольшой такой мешочек золота килограммов этак на тридцать? Да через час на острове будет уже не протолкнуться от доморощенных старателей. Нет, так глупо мы действовать не будем. Копать будем только ночью! Встанем часа в два и поплывем на Княже сразу на двух лодках. Сами в весельную сядем, а казанку привяжем сзади. Она у нас будет играть роль грузового прицепа. До пяти утра мы должны все выкопать и перенести в нее до последней монетки.
– А что будем делать дальше? – поинтересовалась Сандрин. – После того как выкопаем и погрузим?
