— Поговорим, — даже не вопрос, а обычное утверждение. Рабочие в чьей компании он находился тут же разошлись — меня все так же продолжали бояться. Но это если говорить про обычных людей, проводники посматривали иначе — оценивающе. Про предупреждение о вызовах я помнил, но надеялся, что боевой настрой магов угас, после веселой ночи в джунглях.
— У тебя легкий шаг и удачливая дорога, Эйдан Хейг, живи ты среди моего племени носил бы имя Удачливый Рану, — губы Анку растянулись в улыбке, демонстрируя абсолютно черные зубы, возможно и рот с языком были подобного оттенка. Мерзкое зрелище, но подобное я уже видел в Тишатле. Что-то вроде местной традиции, чтобы не выделяться в джунглях, прятать свое дыхание, защищаться от насекомых и ядов, аборигены жевали плоды Дерева Смерти, те кто выживал приобретали черную пасть. Это был показатель силы воина, не каждый рискнет травится черными фруктами. Большинство предпочитали другие цвета — кто-то красил зубы, потому что красиво, а кто-то жевал другие растения, чтобы защититься от насекомых. Мне Анку напомнил печально известную змею на Земле — черную мамбу. Укус которой летален для человека без введения противоядия.
— Ты не все сказал, Анку, — никаких уважительных конструкций, прямое обращение и все. Местные люто ненавидели все наносное, что привезли с собой люди с Северного Архипелага и других развитых государств. «Шелуха», — говорили они.
— Лягушонок — мелкий, юркий и незаметный, но добыча, — и вновь черная улыбка оскал.
— Я не против и лягушка может убить, — усмехнулся я в ответ. Только на Земле десятки ядовитых видов, на Тетисе их в разы больше, и они опасней из-за магической составляющей этого мира.
— Да, ей можно подавиться, — любезно пояснили мне. Похоже со мной решили поупражняться в остроумии.
— Поэтому ты решил убрать меня? — прямой вопрос о произошедшем ночью.
— Ты, Хейг, мне неинтересен, но… Мне скучно, — заявил Анку. — Игра должна быть захватывающей.
— Ты о чем? — последняя фраза заставила напрячься. Игра? Неужели какой-то абориген владелец Колоды Рока? Не верю! Люди уже были с метками на «Удачливом Бью». Мог ли Танцующий Анку быть на борту? Неужели он посещал Северный Архипелаг?
— Ты и тебе подобные находите смешным продавать нас в рабство, устраивать выездные представления, где мы главные действующие лица, так почему не ответить тем же? Вы же любите цирк! — говорил он холодно, но за каждым произнесенным вслух словом таилась лютая ненависть к «злым людям». Мы ворвались в их мир, не они.
Действительно, было время, когда целые семьи местных вывозились на архипелаг, где их показательно селили на определенной местности для демонстрации быта диких людей. Сначала билеты расхватывали, как горячие пирожки. Рабочим хотелось посмотреть на тех, чьи судьбы оказались хуже, чем их. Но со временем это шоу приелось, да и наступили холода. Люди, привыкшие к жаркому тропическому климату быстро отправились в земли предков, никто их лечить не собирался. Тем, кому не повезло выжить тоже нашлось применение, но для многих оно стало хуже смерти.
— Месть? Мне? Я в Тишатле несколько дней от силы, — его мысль я понял, но правда у каждого своя. Нельзя же всех судить одинаково.
— Мне это безразлично. Вы белозубые пришли туда, куда вас не звали, — чистая ненависть сквозила в каждом слове. И ведь не поспоришь — мы здесь захватчики, «злые люди».
— Странно… Почему со мной такие откровения? Выступи перед рабочими с которым пытаешься ужиться, — посоветовал вполне очевидную вещь. — Или твоя изворотливая натура против?
— Конечно, против, Удачливый Рану, — усмехнулся он. — Приоткрою тебе тайну, мне заплатили, чтобы тот чудак под проклятием послушал легенды моего народа. Сколько интересных историй я ему поведал! Таких благодарных слушателей поискать. Мистер Фейн обладал отменным воображением и верой в ритуалы. Как вы там говорите — пусть Судья будет к нему справедлив, — Анку даже снял шляпу и, приложив ее к груди, прикрыл глаза. Выглядело это нелепо с его кожаным нарядом и косичками на голове.
— Кто нанял тебя? — на ответ я не надеялся, но Анку сумел меня удивить.
— Мистер Кроф, Рану. Он сказал, что я получу удовольствие от представления и похвалил твою удачливую натуру, мало того еще и пригласил понаблюдать, как скользкий угорь сдохнет. Я не смог устоять от столь щедрого предложения, нам жалким аборигенам приходится хвататься за любую работу, — все это было произнесено наигранно печальным тоном. — Скажи, Рану, когда ты был привязан к дереву, было ли тебе страшно?
