Приехав домой, Шифти тихо припарковал грузовик в гараж, на этот раз позаботившись о тихом и бесшумном открытии двери. Как только машина оказалась на своем законном месте, енот сразу же едва ли не на цыпочках вошел в дом через гаражный вход. Во всех комнатах было темно, и Ворюга облегченно вздохнул — значит, Лифти еще спит. Тут в животе енота в шляпе сильно заурчало. «Надо же, — подумал он. — Всего-то ничего в больнице посидел, а уже успел проголодаться как волк». Он решил немного перекусить и уж только потом лечь спать.
Тихо прокравшись мимо спальной комнаты, где предположительно находился Хитрюга, старший близнец проник на кухню. Хорошо, что окно вело на ту сторону улицы, откуда светила Луна, так что в помещении было достаточно светло. Вор без труда отыскал холодильник, открыл его и стал выбирать из всей еды то, что могло бы заморить червячка до утра. Выбор был богат: яблоки, бананы, прочие фрукты; сэндвичи, хот-доги и прочие закуски, требовавшие разогрева; шоколадки, батончики и другие сладости. В качестве напитков холодильник предлагал простую воду, соки, содовую газировку и даже пиво с прочими алкогольными напитками.
Выбрать себе ночную закуску Шифти не удалось. Потому что в этот самый момент свет включился и послышался негромкий, но раздраженный сигнальный кашель. От неожиданности Ворюга едва не снес дверцу ни в чем не повинного холодильника. Он резко развернулся и увидел своего младшего брата. Тот стоял, опершись о косяк двери, потирая глаза и пристально глядя на него.
— Чего уставился? — грубо начал енот в шляпе, продолжив поиски еды.
— Да так, ничего, — ответил Лифти. — Просто подумал: а чего это ты проснулся? К тому же почему ты одет?
— Уезжал я кое-куда.
— Да? И куда же?
— Не твое дело.
— Уж не в больницу ли? — Хитрюга хитро сощурился. — Уж не к кошке ли, а?
— Вовсе нет! — Ворюга резко повернулся, достав себе газировку и батончик и закрывая морозилку. — Не в больницу я ехал. Что я там, по-твоему, забыл?
— А вот твое красное лицо говорит об обратном, — ухмыльнулся енот без шляпы. — Ты был там. И не надо отпираться.
— Как ты это докажешь?
— Я видел, куда ты помчался на нашем грузовике. Я же не дурак, я знаю все дороги, ведущие от нашего дома, вдоль и поперек. В конце концов, мы оба с тобой досконально изучили Хэппи-Долл и оба знаем все тайные ходы и переулки, где мы могли бы прятаться от погони. Вот и сейчас знание дорог мне пригодилось.
— А я ведь мог и кружным путем поехать. Прямо по траве, — старший близнец попытался схитрить и выкрутиться, но и тут не получилось.
— Тогда бы наш грузовик был бы грязным. Я ведь ждал, когда ты приедешь, смотрел в окно. В общем, братец мой, я теперь все понял и убедился в своих подозрениях. Ты влюбился. Я не знаю, что же привлекло тебя в этой шельме, что ты в ней нашел, но одно я тебе скажу точно — это был твой последний заезд. И последняя встреча с кошкой.
— Я не понял, — начал бычиться Шифти. — Это ты что имеешь в виду?
— А то, что, во-первых, ты проиграл пари, которое мы с тобой заключили позавчера. То есть ты теперь мой раб на две недели. Готовься, это будут тяжелые деньки для тебя, — с этими словами младший близнец захихикал. — А во-вторых, я теперь буду всегда рядом с тобой. Не отпущу тебя ни на шаг, даже после прекращения твоего рабства. И если я еще раз увижу намеки или порывы на свидание с этой девкой, то я ручаюсь, я устраню эту дурь. Не важно, как, главное, что ее больше не будет.
— Все? — Ворюга скрестил руки на груди. — Ты мне все сказал?
— Достаточно.
— А вот теперь, братец, слушай меня, — енот в шляпе стал серьезным и очень резким. — Я расторгаю наш с тобой договор. Никаким твоим рабом я не буду ни две недели, ни день, ни одну минуту, хоть режь и бей меня. Это раз. Два — вот только попробуй тронуть Кэтти-Блэк хоть одним пальцем. Только попробуй. Только попытайся ее обидеть или оскорбить — я тебя просто урою. В землю живьем закопаю, предварительно избив тебя, как боксер грушу. Не лезь в наши с ней отношения. Тебя они не касаются. Если тебя это коробит — проходи мимо и не трепи нервы ни себе, ни мне, ни этой девушке. Понял? — Шифти схватил брата на воротник пижамы и приблизил к себе. — Я спрашиваю, ты меня понял?!
— Понял, понял я, — слегка струхнув, ответил Лифти.
— Вот и отлично. Все. Спокойной ночи.
Ворюга, доев батончик и допив газировку, вышел вон из кухни, оставив Хитрюгу одного наедине со своими мыслями. Младший же близнец остался стоять. Он в буквальном смысле опешил от произошедшего. Еще ни разу его брат так не менялся. И это не нравилось еноту без шляпы. Конечно, он и сам иногда мечтал о девушке, но никогда не увлекался подобными мыслями. С Шифти же был совсем другой случай. Лифти очень обидело заявление старшего брата и его угроза, если тот что-нибудь сделает с кошкой. «Это она во всем виновата, — подумал он. — Как только она появилась, так у нас с братом все отношения полетели в пух и прах! Ненавижу ее! Ведьма она, шельма, зараза, которую нужно сжечь!». И вот в этот момент в его голове родился план. Он ухмыльнулся, потер руки и прошептал:
