Не умея по-другому выплескивать свою внезапную энергию, кошка схватила первый попавшийся под руку предмет со стола и швырнула об стенку. Послышался глухой удар двух плоских предметов, а через секунду по всей спальне вихрем разлетелись оторванные листки дневника. Замок, видимо, при ударе сломался, поскольку вместе с глухим звуком послышался тихий звон. Девушка смотрела на бумажный вихрь как завороженная. Но потом она опомнилась и стала в панике собирать страницы, неумело сгребая их в одну стопку и сминая их своими дрожащими пальцами. Наконец ей удалось собрать все. Ну, во всяком случае, она так думала.
— Фух, — выдохнула она с облегчением. — Зря я так сделала со своим дневничком… Дура я. Истеричка. Неужели у меня до сих пор болезнь? Вроде бы с розой… А что с ней? Что с ней произошло-то? — она хотела было позвонить Шифти, но едва она взглянула на время, высвечивавшееся на экране мобильника, вздохнула: – Нет, ему сейчас звонить нельзя… Он наверняка спит давно. Будет как-то невежливо его будить, тем более под утро… Эх. Ладно, соберу-ка я, пожалуй, страницы. Все равно уже спать не хочется…
И Кэтти-Блэк стала перебирать страницы, окидывая их взглядом и сортируя по датам записей, соединяя их по логичности построения предложений. Прошел час, другой, маленькая стрелка на циферблате уже почти доползла до семи (было без пятнадцати семь), и вот уже хозяйка номера почти закончила восстанавливать свой дневник. Осталась пара-тройка страниц. Она по-привычному запустила руку туда, где лежала неаккуратная стопка листков. Но ее пальцы тут почувствовали пустоту. Почти такую же, в которую она много раз падала. Сначала кошка никак на это не среагировала, полагая, что при разборке некоторые страницы могли случайно залететь под стол или под кровать. Но после некоторых поисков она с некоторым ужасом для себя осознала, что листки-то на самом деле потерялись. Пропали.
«Ужас! — подумала она. — Как такое могло случиться?! Как я могла потерять страницы? И главное, когда?». Тут она посмотрела на окно. Форточка была открытой настежь, оттуда в комнату дул слабый ветерок. Кэтти сразу же догадалась, что возможно, эти страницы вылетели через окно на улицу, и теперь лежат невесть где. Ее вдруг охватила такая паника, что она встала и начала ходить по комнате, пытаясь выплеснуть вновь образовавшуюся энергию. В голове вертелись всевозможные мысли. Но они имели между собой одну общую черту: девушка переживала, что эти листки кто-нибудь найдет и прочитает. Узнает ее мысли. А вдруг они не понравятся нашедшему? Вдруг после этого никто не захочет с ней разговаривать? За пару минут этих «вдруг» накопилось столько, что у кошки даже голова закружилась. Она села на кровать.
«Нет! — наконец решила она. — Если я так и дальше буду переживать, то ничего не произойдет. В конце концов, утерянные страницы сами собой не находятся!». Поставив для себя цель найти потерянные листки, Кэтти-Блэк взяла дневник, упаковала в рюкзак (сумка-ридикюль тоже куда-то пропала, но девушка за нее не переживала, более того, радовалась, что потеряла, ибо это был «подарок» ее давней соперницы по работе), прибралась немного в своем номере и решительно вышла на улицу. Но едва она открыла дверь, как ей в лицо дохнул свежий воздух, причем так, что у нее заболела голова. Однако Кэтти не собиралась останавливаться из-за какой-то мигрени, когда на кону стояла конфиденциальность ее дневника. Отдышавшись немного, она села на свой мотоцикл, подумала, надела на голову свой черный шлем с рыжей и белой полосами, завела мотор и выдохнула.
Ее вдруг охватила какая-то странная ностальгия. Транспорт ревел и рычал под ней, легонько вибрируя, готовый сорваться с места и помчать по шоссе. А ведь кошка уже три месяца не каталась на мотоцикле. Работа не позволяла, к тому же в Хэппи-Биг-Тауне не очень любили мотоциклистов и называли всех без разбора и за глаза, «байкерами». И нашу девушку в том числе. Поэтому она в последнее время больше полагалась на свои ноги или же на общественный транспорт. Но сейчас… Очнувшись от воспоминаний, Кэтти-Блэк поправила свой шлем, дернула за ручку, прошептала:
— Погнали, Найтмер! — и рванула с места.
Послышался визг резины об траву, а затем об асфальт.
