– Молодец, даже не поморщилась, – Василий взял у нее стакан наполнил снова, обратился к Солодовникову. – Выпьешь? Полезно для снятия стресса.
– Нет, я не пью.
– Похвально, а я, пожалуй, махну стаканчик для успокоения нервов, – Василий одним глотком осушил стакан, бросил его под ноги. – Замечательно. Теперь и закурить можно спокойно, а то с нашим гидом и шагу лишнего сделать нельзя было. Больно правильным представлялся, а оказалось, что убийца, – он неторопливо достал из кармана куртки пачку сигарет, зажигалку, сел на камень.
Эдуард предостерег:
– Я бы не советовал вам пользоваться открытым огнем, здесь может быть превышена концентрация взрывоопасных газов, которые иногда вырываются из затопленных пещер, и о которых предупреждал проводник. Стрелять здесь тоже нежелательно. Выстрелы вполне могли вызвать новое обрушение свода.
Василий скептически хмыкнул, прикурил сигарету, блаженно затянулся, выпустил изо рта клуб дыма.
– Как видишь, ничего не произошло, а сейчас хотел с вами обсудить насущный, и я бы сказал, извечный вопрос. Что делать?
Эдуард пожал плечами:
– Наверное, сидеть и ждать помощи извне.
– Ответ неверный. Надо попытаться поскорее выбраться из этого капкана. Ты же сам говорил о вредных газах, опять же, у нас ограниченный запас питания.
– Он, конечно небольшой, но, думаю, до того времени, как нас спасут, нам хватит.
– Если нет?
– Я как то об этом не подумал. Вот если бы здесь были летучие мыши, то запасы нашего питания увеличились бы. Когда мы с отцом были в Китае, я видел, как местные их готовят.
– Ты не видел, как их едят?
– Ульяна прикрыла рот ладонью.
– Фу! Прекратите!
Василий похлопал девушку по плечу.
– Успокойся, поедание летучих мышей нам не грозит, по причине их отсутствия. Нам может угрожать таинственный некто, за коим гонялись полицейские, что если он на самом деле есть и может представлять для нас опасность. Опять же, всякие там призраки, возможность обрушения свода, да и находиться среди трупов в темной пещере, думаю, не очень приятно.
Ульяна бросила на Эдуарда слегка захмелевший взгляд:
– Он прав, надо поскорее выбираться из этого ужасного места или я сойду с ума. Здесь, как в могиле: подземелье, темнота, сырость, покойники.
Эдуард согласно мотнул головой, сел рядом с Василием.
– Вправду, как в склепе. Не знаю, сойдем ли мы здесь с ума, но помощь психолога нам точно понадобиться. Я согласен, что желательно покинуть пещеру, но как это сделать?
– Вы помните, что экскурсовод говорил про возможность сделать лаз наверху под сводом.
– Да, но он говорил, что это очень опасно.
Василий товарищески похлопал Эдуарда по плечу.
– Мой юный друг, запомните, кто не рискует, тот не пьет шампанского. Поэтому предлагаю незамедлительно приступить к работе.
Работа по разбору завала оказалась не из легких. Отгребать грунт и откатывать тяжелые камни с риском скатиться вниз было довольно сложно. Сказалось и отсутствие инструментов. Одна саперная лопата проводника погоды не делала. В конце дня длинные ногти Ульяны были обломаны, руки Эдуарда, покрытые ссадинами, кровоточили, на ладонях Василия появились мозоли. Страдания туристов результата не принесли. Им удалось продвинуться под сводом лишь на полтора метра. Откинув в сторону камень, Василий произнес:
– Все, шабаш! Пора на отдых. Идем на базу. Разведем костер, перекусим…
Эдуард возразил:
– Насчет перекуса и отдыха я согласен, а вот с костром надо быть осторожнее. Экскурсовод, Александр Геннадьевич, прежде чем пользоваться огнем, проверял состав воздуха газоанализатором.
– Мне газоанализатор не нужен. У меня нюх как у волка, а глаз как у орла.
– Насколько я помню, в мультфильме «Бременские музыканты», сыщик поет нюх, как у собаки…
Василий бросил на Солодовникова недовольный взгляд:
– Не умничай, делай, что старшие говорят.
Эдуард промолчал, придерживая за локоть Ульяну, устало зашагал в сторону Озерной пещеры следом за Василием.
