«Похоже, что заболел. Возможно, долгое пребывание в холодной воде и ранение стали его причинами. Этого не хватало», – Лозинский попытался встать, но боль в правой ноге его остановила. Дмитрий включил фонарь, снял джинсы, развязал повязку, осмотрел рану на бедре. Ее края припухли и покраснели. «Хреново, однако, так можно и какую-нибудь гангрену подцепить. Без медикаментов я здесь долго не продержусь. Надо поскорее выбираться отсюда». Возможность встречи с Василием Алалыкиным тоже не радовала Дмитрия. К тому же, продуктовый запас покоился в расщелине под толщей воды, а без него можно было умереть от голода. В подтверждение мыслям Лозинского желудок тут же дал знать о себе протяжным урчанием. Мало того, запас батареек был на исходе, а это грозило в скором времени остаться без освещения, что в темной пещере означало большие проблемы. Дмитрий стал спешно собираться. Надо было поскорее покинуть пещеру и вернуться в город. Лозинский прикинул время. По его расчетам ночь он должен был провести в лесу. «Ничего, переночую, со мной пистолет, так что, дикого зверя отогнать сумею. В крайнем случае, заберусь на дерево, а днем доберусь до трассы». Дальше предстоял путь до города и неизбежный разговор с Алалыкиным. Дмитрий надеялся, что ему удастся договориться с Василием, если он ему сообщит, где лежат остальные деньги. Доля теперь покойного Андрея Галактионова должна была умиротворить бывшего десантника. К тому же, у Алалыкина было гораздо меньше шансов незаметно устранить его в городе. Сейчас самое главное было спасти мать. Лозинскому вспомнилась их последняя встреча, которая произошла накануне совершения ограбления.
Она лежала на больничной койке, маленькая, безволосая, с опухшим бледным лицом. Болезнь медленно пожирала ее изнутри. В больших карих глазах читалась боль и печаль. Ком подступил к горлу. Дмитрий взял себя в руки, оптимистичным голосом попытался взбодрить родного человека:
– Привет, мамуля! Ты сегодня замечательно выглядишь! – он положил на тумбочку пакет с фруктами. – Вот тебе витамины, кушай и скоро пойдешь на поправку.
Мать слабо улыбнулась, посмотрела на него грустным и ласковым взглядом:
– Теперь вряд ли, сынок, но может, оно и к лучшему. Тебе меньше хлопот. Измучился ты со мной и жену из-за меня потерял. Не заладились у нас с ней отношения. Девочке нужны были деньги на наряды, развлечения и туристические поездки, а ты тратил все на мое лечение…
– Мама, прекрати! Ты для меня дороже всех.
– Я знаю. Меня одно тревожит, как ты один останешься? Если бы был жив отец…
Мать была права. Отец работал на хорошем месте, и благодаря этому их семья жила безбедно. Благодаря родителю Дмитрий мог учиться, заниматься дайвингом и жить в свое удовольствие, пока отец не попал на автомобиле в страшную автокатастрофу. Его гибель стала одной из причин, спровоцировавших болезнь матери.
– Скоро и я к нему пойду, к моему Коленьке, – она заплакала, по-девчоночьи закрыла маленькими сухонькими ладошками лицо.
Сейчас она выглядела такой маленькой и беззащитной. Жалость перехватила горло, Дмитрий склонился, прижался губами к ее руке.
– Успокойся, все будет нормально. Твое пребывание и лечение здесь оплачено. Я уезжаю в командировку, на две недели, а когда вернусь, то у нас будет достаточно денег, чтобы оплатить твою операцию и лечение в лучшей клинике. Возможно, даже за границей.
– Твоя командировка, это не опасно?
– Совсем нет, но тебе придется меня подождать. Звонить недели две не смогу, так что, ты тут держись, пожалуйста…
– Что-то мне на душе неспокойно, сынок.
– Не переживай, все будет нормально. Я тебя подыму на ноги.
Теперь он должен был выполнить обещание…
