Я остановилась у двери кабинета, чувствуя, как ноги становятся ватными. Пальцы сжались в кулаки, но я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь. Немного потоптавшись на месте, словно искала в себе силы, я ощутила, как страх всё равно сковывает меня. Не успела постучать, как дверь распахнулась, и оттуда вышел дворецкий с подносом в руках. Его движения были размеренными и спокойными, как всегда.
— Леди Селестина, ваш отец ожидает вас, — произнёс он с лёгкой улыбкой.
Я кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается. Дворецкий прошёл мимо, оставив дверь открытой. Сделала шаг вперёд, ощущая, как сердце забилось быстрее. Вошла в кабинет, где царил полумрак, нарушаемый лишь мягким светом настольной лампы. Отец сидел за массивным столом, его взгляд был устремлён на меня.
— Здравствуй, папа, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Погладила брюки, чувствуя, как они слегка смяты.
Он поднял взгляд, его лицо было серьёзным. Потер подбородок, словно размышляя о чём-то. Глаза его забегали, выказывая внутреннюю борьбу.
— Да, дитя моё, — наконец произнёс он. — Я хотел обсудить с тобой важный вопрос.
Я замерла, чувствуя, как воздух в комнате становится густым. Внутри всё похолодело.
— Я слушаю, — произнесла я, стараясь скрыть волнение.
Он вздохнул, его взгляд стал ещё более напряжённым.
— Дело в том... — начал он, но голос дрогнул. — Я думаю о твоей помолвке после окончания академии. Я нашёл достойного кандидата.
Эти слова обрушились на меня, словно холодный дождь. Я замерла, не веря своим ушам. Сердце заколотилось ещё быстрее, но уже не от волнения, а от страха.
— Но... — перебила я, не в силах сдержать эмоции. — Я не готова к этому. Я не хочу сейчас выходить замуж. Это слишком рано.
Отец нахмурился, его лицо стало строгим.
— Я хочу как лучше для тебя, Селестина, — произнёс он твёрдо. — Я предупредил тебя на всякий случай. А после учёбы мы ещё раз обсудим этот вопрос.
Я опустила взгляд, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Внутри всё клокотало от обиды и разочарования. Как он мог так поступить? Как он мог так со мной поступить?
— Хорошо, — произнесла я тихо, стараясь, чтобы он не услышал дрожи в голосе. — Я понимаю.
Отец кивнул, его лицо смягчилось.
— Вот и хорошо, — сказал он. — Иди, тебе нужно отдохнуть.
Я встала и направилась к двери, чувствуя, как слёзы медленно катятся по щекам. Вышла из кабинета, ощущая, как сердце разрывается на части. Спустилась по лестнице, не глядя по сторонам, просто стараясь не думать о том, что оставила позади.
Когда я оказалась в своей комнате, закрыла за собой дверь и рухнула на кровать. Слёзы продолжали струиться по щекам, а мой разум бушевал, пытаясь найти выход из этой ситуации. Как теперь жить с этим знанием? Как учиться, когда впереди меня ждёт нечто, на которое я не готова?
Мир вокруг стал чужим и незнакомым, и я чувствовала себя потерянной. Вернуться назад уже не было возможности, но я старалась принять всё, что мне говорили, хотя это и давалось тяжело. Моя комната казалась слишком большой и пустой. Я ощущала, как внутри растёт беспокойство, но понимала, что до помолвки всё ещё есть время. Я не собиралась сдаваться — мне нужно было придумать что-то, чтобы изменить свою судьбу.
Моей идеей стало влюбить в себя кого-нибудь. Я начала обдумывать, как привлечь внимание мальчиков в академии — их там, по слухам, пруд пруди. Я могла бы использовать свои возможности, чтобы вызвать интерес, но это было рискованно, и я не была уверена в своих силах контролировать ситуацию.
Встала с кровати и посмотрела на своё отражение в зеркале. Мои белоснежные волосы доходили до плеч, а большие карие глаза казались вполне привлекательными. Это могло стать моим преимуществом, но нужно было действовать осторожно, не привлекая к себе излишнего внимания.
Я медленно прошла в ванную, включая воду и наливая тёплую жидкость в фарфоровую чашу. В воздухе повис пар, который мягко обволакивал моё тело, когда я сняла халат и погрузилась в воду. Горячая жидкость смывала тревоги и заботы, а моя голова постепенно очищалась от навязчивых мыслей. Закрыв глаза, я позволила себе насладиться этим моментом безмятежности. Однако, не заметив, как веки становятся тяжёлыми, я погрузилась в сладкий и глубокий сон.
Тревожный звук вырвал меня из объятий сна. Это был голос Алиесы, доносящийся из соседней комнаты. Я вздрогнула, открыв глаза и осознав, что нахожусь в ванной. Вода остыла, но я всё ещё чувствовала остатки тепла и спокойствия на своей коже.
Обернувшись в пушистое полотенце, я вышла из ванной, и прохлада комнаты сразу же окутала меня. Алиесса стояла у двери, её лицо искажено тревогой. Она выглядела так, будто только что пробежала марафон.
— Селестина, ты в порядке? — спросила она, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Я уже час долблю в дверь. Ты не отвечала, и я начала паниковать.
— Прости, — попыталась я улыбнуться, но голос вышел хриплым. — Я просто расслабилась и уснула. Не хотела тебя пугать.