– Нет. Я знала, что до этого не дойдет. Вас, Сухайл, я узнала даже в этих лохмотьях. По походке.
Он изумленно взглянул на меня и тут же отвел глаза. Сглотнув, дабы хоть как-то смочить горло, я продолжала:
– Да, я вела себя глупо, но ведь и вы тоже. Что, если бы этот человек оказался не один, а с друзьями?
На его счастье, Маазир предпочел бежать, а не вступил в драку…
– Я несколько утратил ясность мыслей, – негромким, едва различимым в базарном гомоне голосом сознался Сухайл.
Тяжесть всего невысказанного повисла меж нами, будто на веревке, готовой лопнуть в любой момент. Сухайл не впервые видел меня в минуты опасности. Он был со мной в водолазном колоколе во время нападения морского змея и откачал меня после того, как я едва не утонула. Вместе мы ездили верхом на морских змеях, вместе угнали йеланский целигер, вместе участвовали в Баталии при Кеонге. Однако ни разу за все это время от него не требовалось сидеть сложа руки, и никогда еще угроза моей жизни не являла собой столь коварный, столь целенаправленный злой умысел. Естественно, все это подействовало на него отнюдь не лучшим образом.
Сухайл
Как и на меня. Стоило только представить, что могло произойти в той тесной комнатушке, пока я останавливала Маазира, руки начинали неудержимо дрожать. Один удар тем самым ножом, и Сухайл не шел бы сейчас рядом…
Я облизнула губы, стараясь сосредоточиться на насущных материях.
– Этот человек… йеланец… Маазир шел к нему?
– Похоже на то, – ответил Сухайл, расправив плечи. – Может, с донесением, может, чтоб пополнить запас яда – точно сказать не могу. Вот их допросят, тогда все и узнаем.
Однако это ничуть не мешало мне строить предположения.
– Могу вообразить, насколько йеланцам хотелось бы сорвать или хотя бы замедлить нашу работу. Чтоб помешать Ширландии – а заодно и Ахии – построить собственный воздушный флот, они пойдут на все. Пожалуй, нам повезло, что их не было там, в пусты…
Оборвав фразу, я замерла на месте, как вкопанная. Сухайл тоже остановился и изумленно вскинул брови.
– Бану сафр… – проговорил он.
– Они могли бы вступить в союз с йеланцами? – спросила я.
– В союз? Нет. В вашем понимании – нет. Но взять от них плату – вполне, особенно если это даст шанс нанести удар моему племени, – объяснил Сухайл, едва не скрипнув зубами от гнева. – Эта вражда длится многие поколения. Желания навредить нам у них всегда в избытке, проблема лишь в ресурсах.
Теперь затруднения, с коими аритаты столкнулись в пустыне, обернулись совсем иной стороной – как и все неудачи в Доме Драконов. Сколько из них были случайностью, а сколько – результатом вредительства? Оставалось только благословлять ширландскую армейскую дисциплину и ахиатскую верность соплеменникам, благодаря которой самые высокопоставленные ахиаты в Дар аль-Таннанине были выходцами из племени аритатов. Если бы не сии обстоятельства, против нас мог бы действовать не один Маазир, а целая дюжина.
– Изабелла, – заговорил Сухайл. – Знаю, вы не считаете это необходимым, но… отныне вы не должны никуда выходить без охраны. Ни вы, ни Том.
Теперь дело было уже не в приличиях. Захват йеланского агента мог положить конец стараниям врагов… но мог и подтолкнуть их к более жестким мерам.
– Да, – согласилась я, чувствуя, как спина покрывается гусиной кожей. – Думаю, это разумно.
При допросе схваченных я не присутствовала: подобные зрелища считаются неподходящими для дам. Том вполне мог бы пойти, но также предпочел воздержаться.
– Если и в Ахии все то же самое, что у нас, любоваться там нечем, – скривившись, сказал он.
Мои чувства на сей предмет были весьма противоречивы – можно сказать, меня кидало из крайности в крайность. Казалось бы, я твердо уверена, что даже помыслить о том, как судейские выбивают из схваченных признание, без содрогания не могу, но в следующую же минуту вспоминаю, что они натворили, и думаю: «И поделом им». Порошок, от которого йеланец не сумел избавиться, оказался мышьяком – ядом, в больших дозах либо при продолжительном приеме смертельным. При обыске в доме Маазира обнаружился тайник с крупной суммой денег, которой он никак не мог заработать достойным путем, а среди базарных торговцев нашлось несколько человек, видевших, как он захаживал в тот же дом прежде, и не раз. Одним словом, улик и без признаний имелось в избытке.
Охранные меры сделались намного строже. Утренним прогулкам до Дома Драконов в компании Эндрю настал конец. Теперь брат являлся за мной в сопровождении троих вооруженных солдат, а перед этим забирал из Мужского Дома Тома. Мне казалось, что это уж слишком, и мысли сей я не скрывала, но послаблений не последовало. У ворот Дар аль-Таннанина выставили часовых, вольеры и ямы стерегли армейские патрули, пищу для людей и корм для животных тщательно проверяли каждый день.
Однако такое положение дел сохранялось недолго. Едва мы начали привыкать к новому распорядку, как нам сообщили, что до начала работы, прямо с утра, нас хочет видеть полковник Пенсит.
– Ох, не к добру это, – заметил Том, шагая рядом со мной по курратским улицам в окружении охраны.
