Горожане ехали с работы, шли из магазинов с большими пакетами, забирали со школы детей, пили пиво у фонтана. Они, наверное, даже не помнят, что когда-то лечились в Отектвуде. Что врачи делали там с ними, с их братьями или сестрами, женами, мужьями, коллегами. А потом они удивляются и вздыхают, почему их дети избивают друг друга за школой, почему трупы молодых девушек находят в лесу. Они боятся возвращаться домой поздно, но все равно идут через темные кварталы. Они боятся вспомнить, кто сделал их такими, но не боятся быть ими.
Кори остановился у сытого Билла. Группа подростков окружила лавочку, на которой спал Росс Эдисон. Долговязый парень чиркнул зажигалкой и поднес к челке пьяницы.
– Эй! – Кори посигналил и даже высунулся из машины. Парни бросились в рассыпную.
– У нас тут не бесплатный туалет! Либо заказываем, либо на выход! – Эйприл тоже выгоняла из бара подростков, но уже девочек. Среди них была Кристина Смит и Ирма Игмен. Последнюю Кори не ожидал увидеть в подобной компании.
– Привет, Кори. – сухо поздоровалась Эйприл.
– Кори! – зато Ирма проявила весь спектр эмоций и бросилась к парню обниматься.
Эйприл громко хлопнула дверью бара, увидев эту картину.
– Это твои одноклассники?
– Мы учимся в одной школе.
– Тебе стоит думать об учебе, а не шататься с ними по городу.
– Не начинай говорить, как мой отец.
– Здесь я с ним согласен. Что у тебя с ними общего? Смотри, твои подруги даже ждать тебя не стали.
– У меня и так нет друзей.
– И что? У меня их тоже никогда не было. Единственный мой друг – это моя сестра. Давай я отвезу тебя домой.
– Нет, пожалуйста, Кори, я не хочу домой. Там мой отец. – Ирма оттолкнула Лоусона и побежала в след за своими подругами.
Это не может так больше продолжаться. Кори должен помочь ей, помочь хоть кому-нибудь в этом городе, пока он еще не потерял рассудок. Он запрыгнул в машину и поехал к церкви. Оттуда доносился шум дрели. свет фонаря разбивался о витражное стекло и едва освещал помещение. Кори приоткрыл еще одну дверь за шторой и увидел отца Игмена, стоявшего к нему спиной. Образ истерзанного тела Ирмы всплыл перед глазами так резко, что Лоусон зажмурился. Будто в темной комнате, резко включили лампу.
«Убейте его! Я не хочу домой! Мне страшно!» – слова Ирмы настоящей, смешались со словами Ирмы из сна. Она кричала, громче дрели, от ее крика было не спастись, заткнув уши пальцами.
«Мне страшно, Кори!» – к Ирме присоединилась Рейчел. Рейчел замурованная в манекен. Лоусон двинулся вперед и запнулся за изображение Христа в деревянной раме.
– Доктор Лоусон? – священник заглушил инструмент и повернулся к Кори. Крики исчезли.
– Простите, я помешал вам.
– О нет! Эти двери открыты для всех и в любое время, сын мой. Ты хочешь о чем-то поговорить?
– Да.
– Так говори. Не стесняйся.
– Отец Игмен, что бы сделали вы если бы узнали о насилии в чужой семье? Если бы узнали, что отец бьет своих детей?
– Я бы попытался наставить его на путь истинный. Как пастырь. А как отец восьмерых детей, начистил бы рожу ублюдку. О ком ты говоришь, Кори? Я могу чем-то помочь? А шериф? Дети обращались в полицию?
Каков актер. Делает вид, что ничего не знает. Конечно, он ведь столько лет играет роль образцового папаши.
– В полиции ждут показаний жертвы, а жертва напугана.
– Бог поможет им. Если они боятся идти в полицию, пусть придут в церковь. У тебя самого все хорошо? Выглядишь напуганным.
– У меня все путем. Не беспокойтесь, святой отец.
– Ты не торопишься, Кори? Не подержишь стремянку?
– Конечно. – Кори кивнул и взялся за ножки лестницы. Игмен вскарабкался и снова включил дрель. Голоса вернулись. Они продирались сквозь визг сверла.
«Никому не верь.» – твердил про себя Кори. Опилки прилипли к влажным от пота очкам. Старые иконы зашевелили губами. Вместо святых на них были лица Ирмы, Эбхаус, Ронаски. Фиолетовые лица, с перетянутыми шеями. Кори закрыл глаза, чтобы не видеть их, и увидел себя. Снова на месте Кэтрин. Но в этот раз палачом был не Рафаэль, а сам Игмен.
«На что еще ты сгодишься господу, без рук и без ног? Надо отрезать тебе язык, чтобы не пререкалась!»
Его грязные от ремонта пальцы, потянулись к лицу Кори.
«Не смотри на меня так.» – в руках Игмена взвизгнуло сверло. Оно шоркнулось об оправу очков Лоусона. Он хотел бы проснуться, но он не спал. Вжавшись до боли в металлическую стремянку, Кори дернул ее в сторону. Шнур дрели вырвался из розетки. Голоса смокли. Игмен с грохотом упал на пол, ударившись спиной об ящик с инструментами.
Лоусон вытер строительную пыль со стекол. Игмен стонал, пытаясь подняться на ноги. Он морщился и тер затылок рукой.
Он должен прекратить страдания Кэтрин и ее детей. Он должен убить его. Голоса в голове, замерли в сладком ожидании.
– Что ты делаешь, Кори? – спросил отец Игмен, глядя на своего прихожанина с молотком в руках. – Положи молоток. Ты в доме господнем! Одумайся сын мой.
Кори замахнулся и нанес удар. Игмен успел закрыть голову руками и пястные кости хрустнули. Еще удар. Он попал Игмену в щеку, содрав ее и оголив розовую от крови челюсть.
– Боже! Хватит!
