Снегов недовольно пробормотал что-то себе под нос и, под моим тщательным присмотром, вытер с лица весь шоколад.
– Ну, что ты хотел узнать? – спросил Тимур, когда мы вошли в яблоневый сад.
Усевшись в теньке под деревом, мальчишка развернул свою конфету и целиком засунул ее в рот.
– Ты знаешь, где твой папа? – спросил я, чтобы оценить степень осведомленности паренька.
– Знаю. – Тимур резко поменялся в лице, вмиг став смурным. – Его арестовали за то, что он не делал. А вам до этого какое дело?
– Мы верим в невиновность твоего папы и хотим ему помочь. – ответил я.
Мальчишка недоверчиво посмотрел на меня и перевел взгляд на Наташу.
– Все так. – Наташа села на траву рядом с Тимуром. – Мы хотим помочь дяде Сереже. Так что расскажи нам, пожалуйста, что произошло в доме бабы Кати, когда ты был там в последний раз с отцом.
Девушка посмотрела на меня и я одобрительно кивнул. Мыслили мы с ней одинаково.
– Да все как всегда, – пожал худенькими плечиками мальчишка. – Папа принес еду, приготовил завтрак и начал кормить бабу Катю. Она рассказывала ему то, что всегда рассказывает: про ее детство, про мужа, детей, про то, как все они умерли. – Тимур почесал затылок, затем потянулся к высокой былинке, сорвал ее и сунул в рот. – А потом вдруг как глаза вытаращит, как схватит папу за рукав и говорит: «Сережа, найди этот клад, умоляю!».
Мы с Наташей резко переглянулись, и у меня сердце застучало в два раза быстрее от предчувствия, что мы нашли зацепку в этом деле.
– Что за клад? – осторожно спросила Наташа.
– Да барин старый его где-то тут, в окрестностях спрятал. Все местные об этом знают, – небрежно произнес Тимур. Отплюнув в сторону кусочек былинки, он продолжил, но уже не так небрежно, как раньше: – Только баба Катя типа единственная, кто знает, как этот клад найти. Сказала, что ей ее отец подсказки оставил. Она бы сама его нашла, да ноги не ходят. Попросила отца поскорее найти этот клад и чего-то там ей принести, не помню только что.
– Та-а-ак, – протянул я, борясь с желанием довольно потереть ладони друг о дружку. – А папа твой что на это ответил? Поверил ей?
– Вроде да. Спросил, где подсказки найти.
– И что баба Катя ему ответила?
– Не помню, – беспечно ответил мальчишка. – Я уже не знал, как оттуда сбежать. Меня друзья ждали. Заметил только, когда уходил, что папка к стене подошел и рамочку с нее снял. А потом я убежал к друзьям.
Тимур откинул изжёванную былинку и, обхватив колени руками, принялся раскачиваться из стороны в сторону. Видимо, ему и сейчас уже не терпелось побежать к друзьям.
– Ответь еще на два вопроса, и можешь идти, – пообещал ему я. – Ты это полицейским рассказывал?
– Не-а, – мотнул головой Тимур. – Они у меня вообще ничего не спрашивали.
– Хороши у нас менты, – фыркнул Максим.
– Для допроса несовершеннолетних нужно соблюсти много процедур, – поведал ему я. – Наличие специалиста, комфортная атмосфера и…
– Ой, не смеши, – перебила меня Наташа. – У нас редко что соблюдается. Просто менты поленились глубоко копать. Думают, что все очевидно, и что Сергей виновен.
– Ну, может и так, – признал я.
– Какой второй вопрос? – Тимур уже поднялся и теперь в нетерпении переминался с одной ноги на другую.
– Ты про клад кому-то рассказывал еще? – спросил я. – В смысле, про то, что у бабы Кати есть подсказка?
– Ну да, друзьям, – шмыгнул носом Тимур. – Мы в барский клад сразу же стали играть. Нарисовали карту, типа это и есть подсказка. Коробку нашли и в нее всего наложили, а потом спрятали.
– А взрослым ты про клад говорил?
– Это уже лишний вопрос! – обиженно воскликнул Тимур и хотел было рвануть от нас, но Снегов вовремя схватил его за плечи и прижал к себе. Парнишка предпринял пару попыток вырваться, но у Макса была крепкая хватка.
– Отвечай и отпущу, – великодушно сказал ему Снегов.
Засопев, Тимур буркнул:
– Соседи были рядом. Баба Нюра, новенькие тетя с дядей и с собачкой, дядя Толя. Не помню еще кто. Отпустите уже, ну!
Вздохнув, я кивнул Максу, давая ему разрешение отпустить пацана. Как только Снегов убрал руки, Тимур пулей ломанулся прочь от яблоневого сада. Только мы его и видели.
Проводив мальчишку задумчивым взглядом, я сел на его место. Максим тоже уселся на землю, с дрогой стороны от Натки, сорвал былинку и сунул ее в рот.
Каждый из нас думал о чем-то своем. В тени яблонь было прохладно и спокойно. Размеренно стрекотали кузнечики, дул легкий ветерок, донося до нас аппетитные запахи тушеной капусты и мяса.
– Вот я что думаю, ребят, – нарушила наше умиротворение Наташа.
Мы с Максом повернули к ней лица, на которых застыл вопрос. Опершись ладонями о бедра, Наташа встала, отряхнула пятую точку и объявила:
– Ночью пойдем осматривать дом бабы Кати!
Максим
– Почему всегда все сомнительное делается ночью? – недовольно пробурчал я, пролезая через кусты боярышника в сторону заветной дыры в заборе. – Мафия, подними фонарь, ни фига не видно!
В ответ на мою просьбу Райский направил свет прямо мне в глаза.
– Ты глухой или тупой?! – рявкнул я, за что удостоился от Натки пинка под зад и шиканья.