— Я рад, что хоть в этом году ты прислушалась к моим словам и запретила подпускать всякий сброд к стенам главного храма. Не хватало еще, чтобы эти негодяи сорвали ритуал или чего доброго… — крылатый запнулся, но Верховная без труда завершила его слова.
— Чего доброго отправили меня за грань раньше времени и тем самым сделали тебя гарантом, — она вновь невесело рассмеялась, а затем продолжила и в голосе ее зазвучала неприкрытая враждебность. — Мы оба прекрасно знаем, что ты не способен нести это бремя, как не был способен и тот жалкий валарданский мастер, которого пришлось удавить, после того как он возомнил, будто его маленький, напыщенный островок сможет пойти по собственному пути, как это сделал в свое время Холдердаген. Не повторяй его глупой ошибки, Арас! Гродарин получил неслыханные привилегии и богатство, но сила всегда была и останется в руках Корды. Не советую тебе забывать об этом. А теперь ступай и наслаждайся праздником! Может поймаешь своего Серого Ловкача, когда тот попытается стянуть засахаренное яблоко у лоточника, на большее ему в Корде все равно лучше не рассчитывать. Иди же и не утомляй меня своими бесконечными опасениями, я должна сосредоточиться на подготовке ритуала, — стала нетерпеливо выпроваживать назойливого гостя Хильда, тесня того к двери и размахивая руками, будто Верховный Гродарина был всего лишь назойливой мухой.
Закончив с Арасом, она отправилась вглубь зала к потайному ходу за одной из неприметных картин, тесно украшавших стены ее неуютных комнат. Хильде требовалось лично проверить все ли готово к трехсотому, последнему ритуалу запечатывания дверей. Никому другому она не могла перепоручить свои заботы, слишком высокой была цена за малейшую ошибку в этом непростом деле.
Проследив за тем, как бесшумно скрылась прядильщица, легко отворив потайную дверь, затерявшуюся за одной из унылых картин зала встреч, Верховный Арас чуть слышно пробормотал ей вслед:
— Эти слова дорого тебе обойдутся, старая карга, ты еще свое получишь за все годы моих унижений, это я тебе обещаю!
Постояв еще немного у окна, крылатый тяжело вздохнул и неспешно покинул зал. Сразу после беседы с Хильдой, Арас направился отдавать приказания, прибывшему вместе с ним в Корду ловчему. Серого Ловкача непременно следовало поймать. И не возле одного из лотков с едой, как предполагала беспечная прядильщица, а в главном храме, куда тот обязательно заявится, чтобы сорвать ритуал и выполнить приказ, нанявшей его стекольщицы, в существовании которой Верховный Гродарина был уверен, как в своем собственном.
Привлёкший внимание Араса пропускной пункт внутреннего города, казавшийся при далеком взгляде из окон Верховной таким стойким и надежным, вблизи имел довольно потрепанный, но отчего-то, на редкость самодовольный вид.
Замученные потоком все пребывающих путешественников, стражники при первой же возможности поспешили воспользоваться молчаливым разрешением ответственного за их ворота, расселись кто где и принялись с остервенением поглощать остывший обед. Старый прядильщик, так удачно покинувший их еще два часа назад, не пожелал делить трапезу с простыми солдатами и удалился на поиски чего-то более съедобного, чем лишь несказанно обрадовал, предоставив стражникам отличную возможность расслабиться и как следует обсудить их неожиданную удачу.
Главные ворота удалось захлопнуть как раз вовремя. После целой толпы чужестранных гостей, создававших разноголосый и невнятный гомон различных языков и наречий, в небольшом отдалении, шли, сбившиеся в кучу, боривальцы. В глазах стражников, двуликие представляли собой невыгодный и чересчур хлопотный табун нежданных гостей. Потому, решивший передохнуть пост, единодушно сошелся во мнении, что боривальцы вполне могут чуть-чуть подождать, а вот еда и дележка кошеля — нет.
Как бы сильно не утомляли стражников богатые гости города, хлынувшие, будто бы на зло, именно через их главные ворота, жаловаться на удачу не приходилось. Все эти разодетые чужестранные господа вполне могли с комфортом прогуляться до любых других ворот и им бы не пришлось стоять в бесконечной, еле ползущей очереди, становясь все капризнее, злее и раздражительнее с каждой новой минутой промедления, но этого не произошло. За то случилось кое-что другое, благодаря чему набитый под завязку кошель с монетами оказался в руках троих стражников, так удачно оставшихся без присмотра ответственного прядильщика.
— Ну, Карл, развязывай, пора уже выяснить, чем нас одарила Хозяйка Свечей за все наши труды! — весело потребовал грузный стражник с раскрасневшимся от жары лицом, предварительно влезший на высокий табурет, чтобы проверить не возвращается ли обратно их молчаливый начальник.
— Ох и тяжел, может и золотые найдутся? — мечтательно предположил Карл, ощупывая, расшитый мелким бисером кошель. — А ты пока придумай, как получше оформить, шуттанца я этого сразу узнал, в прошлом году приезжал в Корду, посол он важный, так и запиши, а вот кто была его спутница…
