– Я думаю, – сказала старшая Горская, – те, у кого в крови нашли снотворное, у них теперь алиби. Да?
– Было бы неплохо, если бы и Василий сделал такие же выводы, – чуть иронично ответил Илья, про себя отметив, что, вообще, слова Клары весьма логичны. – Я пока тоже в списке подозреваемых. Это не сильно меня напрягает, но все же неприятно.
– Мне проще. – Писательница усмехнулась, как-то неожиданно цинично. – Я провела ночь с Виктором. Так что в этот раз нервничать по таким поводам лично мне не придется.
Илья отметил про себя ее «в этот раз», но также он понимал: заявление Клара сделала именно для того, чтобы он прокомментировал ее выбор мужчины. Похоже, сейчас Горская играет в какую-то очередную игру. Этот ее новый образ милой и немного беззаботной женщины, этот почти кокетливый вызов во взгляде – после объявления своего алиби. Илья не понимал всего. Да, Горская явно не в себе. Принимала она какие-то препараты сейчас или нет, не важно. Но все же это слишком странный способ бороться с болью потери сестры.
А может, она просто хочет, чтобы он ей верил? Инфантильная, практически извращенная просьба о доверии? Что же, в целом это в традициях этой странной семьи. Илья понял, что придется подыграть.
– Виктор? – Журналист надеялся, что ему удалось натурально изобразить удивление. – Неожиданно. Мне как-то казалось, ему больше нравится Амелия. Да и… Извини, тебе он как-то не слишком подходит.
– Мне просто было скучно, – заявила Клара. – И да, он страдал из-за того, что надоел моей сестренке. Потому я взялась его утешить. Хотя он верил, что мстит Амелии.
– А… – Илья честно не придумал, как это внятно прокомментировать. К тому же он не любил таких историй. – Извини, но да, получилось удачно. У тебя алиби.
Писательница кивнула с неким удовлетворением. Будто услышала то, чего добивалась. Журналист решил, что заслужил право на интересующий его вопрос.
– Немного устал от намеков, – заявил он. – Так что было в прошлый раз?
– Ты бы все равно узнал, – пожала Клара плечами, но хоть вернулась к серьезному тону. – Как раз полгода назад один из наших гостей чуть не утонул. Петр смог его спасти, но Игорь все еще в коме. Тогда у нас тоже была полиция, и тогда же Аня принимала те таблетки. У них были отношения. Из-за того случая Петр не любит Василия и не верит полиции.
Илья где-то об этом уже слышал. Кажется, на экскурсии. Да, тогда у озера гид упоминала о чем-то похожем. Она назвала водоем «озером самоубийц». И, по ее словам, этот Игорь был не единственным. Тут же вспомнилась Илье и еще одна случайно услышанная фраза сегодня утром. Василий говорил напарнику, что не ожидал гибели кого-то из Горских. Снова – в этот раз… Над этим всем придется хорошо подумать и поработать. Позже. И не при Кларе.
Илья демонстративно закрыл ноутбук. Писательница чуть вопросительно приподняла брови. Казалось, она недовольна.
– Не торопи меня, – мягко попросил журналист.
Клара кивнула. У нее был непривычно мягкий, даже ласковый взгляд. Илья устал разбираться в ее играх и настроениях.
– Тебе надо поспать, – суховато произнес он. – Всем нам. Наверное, я даже последую примеру Пети. Коньяк. Но, конечно, не в таком объеме.
– Хочешь, я поставлю чаю? – предложила писательница. – Аниного. Он успокаивает.
– Нет. – Илья сейчас не хотел ничего, что напоминало об Анне. И наверняка Клара об этом догадывается. – Все же выберу что покрепче. И давай я вымою посуду, а ты иди отдохни.
– Спасибо. – В тоне Горской появились надменные ноты. – Справлюсь сама. Да и спать не хочу, предпочту поработать.
– Как скажешь. – Он улыбнулся ей миролюбиво и даже искренне.
В эти последние минуты Клара стала похожа на себя обычную. Это как-то успокаивало. Забрав ноутбук, Илья отправился к себе в комнату. Поднимаясь по ступеням, планировал, что ему делать. Надо дочитать статьи про бензодиазепины. Отдельно изучить инструкцию конкретно бромазепама, его побочные эффекты и передозировку. Найти хоть что-то про тот самый «прошлый раз». Мыслей было много. Куда и как добавили снотворное, как Анна попала на озеро. И снова – когда конкретно. Илья хотел представить картину преступления. Даже несмотря на то, что это было для него психологически тяжело.
Ему не хватало Анны. Неожиданно остро. Их неловких разговоров, ее серьезного напряженного и такого доверчивого взгляда, ее улыбок, задорных, даже лукавых, когда она дразнила сестер или шутила с братом. Не хватало всего. Но главное… Ее звучания. Даже не самой той мелодии, а того, что вложила в нее Анна.
Илья вступил в полутемный коридор второго этажа. Его комната была почти последней. Ближе к лестнице – комната Анны. Дверь была чуть приоткрыта. Крохотная щелочка. И это показалось ему… знаком? Нет, конечно, это лишь обманчивая надежда, глупое ожидание чуда, или лишняя деталь, заставляющая снова и снова вызывать в памяти лицо девушки.
Журналист замедлил шаг, нерешительно остановился. Это явно было лишним. Только зря распалять себя, сознательно усиливать чувство потери. Но, с другой стороны, если отбросить эмоции, он сможет узнать чуть больше. Илья решительно отворил дверь и вошел.
