На кухне он включил лишь настольную лампу, быстро вскипятил чайник, пока вода грелась, готовил себе закуску. На рабочем столе всегда стояло несколько подносов. Заставив один из них, журналист вышел обратно в коридор. Он не спешил, специально даже медлил, предвкушая продолжение чтения. Он почти забыл, зачем взял эту книгу. Илья думал только о том, что захватил и второй роман, так что сможет продолжить, ведь здесь оставалось прочесть не больше ста пятидесяти страниц.
На втором этаже сумрак был гуще. Илья различал предметы не с помощью зрения, а больше ориентировался по памяти. Прошел кабинет Клары, мимолетно отметив, что под дверью не видно полоски света, потом комнату Петра. Повернул…
В чем-то ему повезло. Он был из тех людей, что, столкнувшись с чем-то неожиданным или тревожащим, сначала замирали. Не от страха даже, а чтобы понять, что происходит. Именно потому он не выронил поднос, когда впереди на фоне окна заметил неподвижную тонкую женскую фигурку. Светлое платье, тень косы, переброшенной через плечо. Тонкие руки, сцепленные под грудью. Знакомый жест. Анна…
В этот раз не было страха, не было даже боли потери. Сразу нахлынуло раздражение, в чем-то уже даже усталое.
– Амелия? – позвал ее Илья. – Что теперь?
Он не видел выражения ее лица, но как-то понял, что девушка чуть ли не вздрогнула от неожиданности.
– Илья… – проговорила она виновато. – Извини. Я…
Дверь дальше по коридору открылась. Клара вышла из своей комнаты, посмотрела на гостя, потом развернулась. Она вскрикнула. Илья даже не успел хоть что-то сделать, как в коридор из своей комнаты выскочил и Петр.
– Что? – тревожно осведомился он, завертел головой в поисках опасности, увидел сестру. – Господи… Амелия!
Художница как-то вся выпрямилась, опустила руки, показалось ли Илье, или все же она на самом деле вздернула подбородок с неким вызовом. Горские поспешили к ней. Журналист не считал, что нужен здесь, ему хотелось только одного – как можно быстрее попасть в свою комнату. Игры Амелии, когда ей снова вздумалось изображать призрак умершей сестры, раздражали его безмерно.
Пока он усаживался за стол с книгой и чаем, в коридоре продолжался разговор. Или очередной спектакль. Илья невольно отметил, как быстро он успел ко всему этому привыкнуть. Не к выходкам художницы, просто к ропоту голосов за дверью. Он никогда не прислушивался, для него голоса были частью вечерних шумов дома. Даже сейчас, после смерти Анны. Хотя надо было бы прислушиваться, чтобы не допустить снова ошибку. Вдруг это важно. Но он не хотел. В этот раз сознательно отрешился от споров Горских. Хотя до него все равно долетали части фраз.
– Работать! Я имею право!
– Дай хоть немного времени. Без Анны…
– Я же прошу немногого.
– Я бы хотел, но это тяжело…
– Отпусти брата! Он еще скорбит по ней! Ему же больно!
– Мне тоже! Дайте мне немного! Не будь такой…
Илья полностью отгородился от разговоров. Смутно понимал, что художница перешла на упреки, что Петр в чем-то оправдывается, что Клара раздражена. Снова звучали знакомые, но так и не ставшие понятными обвинения в жадности, капризные жалобы на отсутствие света. В какой-то момент все затихло. Илья допил чай, доел бутерброды. На краю стола лежала следующая книга…
Вэтот раз Илья выбрал другое кафе. Кофе тут был не таким мерзким, а вместо круассанов подавали вполне сносные сэндвичи с домашней бужениной. Юрий выглядел уже не таким надменным и даже казался дружелюбным, но ничуть не испуганным. Хотя Илья мало задумывался о его настроениях и состояниях. Он не выспался и был немного недоволен собой за то, что потратил на чтение столько времени. Хоть оно того и стоило. Даже не из-за таланта Клары, а из-за новых, пусть и несколько странных идей, какие появились у журналиста. Теперь он их проверял.
– Значит, пока им не отдают тело Ани… – задумчиво повторил давешний гость Горских новость. – Ну могу попробовать переговорить с Василием. Мы немного приятельствуем.
– Я и сам могу, – ответил Илья. – Но таков порядок. Полиции нет необходимости держать тело дольше положенного. Но, как мы уже говорили, важно будет позже помочь с похоронами.
Он был уверен, что Горские точно справятся с этим печальным делом без Юрия, но надо было как-то расположить к себе этого человека.
– Ты прав! – Илья не очень любил, когда с ним так легко переходили на «ты», но спорить не стал. – Спасибо за новости. Но думаю, ты что-то хочешь взамен.
– Конечно, – искренне подтвердил журналист. – Ты сказал, что попал на вечера Горских после знакомства с Кларой. Но ведь ты знал о них и раньше. Из-за Игоря.
– А! Это… – Юрий досадливо поморщился. – Все верно. Он мой двоюродный брат. И да, вообще-то, я был знаком с Аней еще до всего этого. Они приезжали к нам вместе, и не раз. Но… Мне-то интересна была Клара.
– Там все серьезно было? – задал Илья следующий вопрос.
Его собеседник чуть пожал плечами. Тема явно была ему малоинтересна.
