Но враг не заставил себя долго ждать. Не таясь, нагло и дерзко, он появился перед нами, держа в руках пистолет.
Ольга уверенно шагала чуть впереди меня, а я шествовала позади. Мужская коренастая фигура, будто призрак, появилась перед нами, дуло пистолета было направлено на нас, а наглая мясистая морда кривилась в надменной улыбке.
– Ну, привет, кладоискательницы! Вот и встретились!
Прежде чем моя рука коснулась кармана брюк, где были спрятаны сюрикены, я услышала позади себя требовательный и, как мне показалось, знакомый голос с явным кавказским акцентом:
– Не дергайся, красавица! Одно движение – и ты труп!
Даже не оборачиваясь, мне было понятно, что в мою спину направлено дуло пистолета, которое я ощущала всеми клеточками спинного мозга. Ничего не оставалось, как поднять руки вверх и изобразить испуг и покорность. А дальше смотреть по обстоятельствам и попытаться предпринять какие-либо действия.
– Кто вы? Что вам нужно? – вполне уверенно спросила Ольга, инстинктивно подняв руки вверх.
– То же, что и вам, птичка! – Мужик подошел вплотную к Ольге.
– Только не стреляйте, пожалуйста… – проблеяла я, добавив дрожи и испуга голосу.
– Не будем, у нас есть для вас кое-что интереснее, – с кривой ухмылкой ответил мужик, и я отметила, как на секунду его взгляд метнулся мимо меня.
Да, я ощутила еле уловимое движение позади себя, и если бы не стоящий передо мной вооруженный бандит, то обезвредила бы противника за пару секунд. Но уже в следующее мгновение подло и грубо обезвредили меня. Я получила ощутимый удар по шее, в глазах мелькнула вспышка, а потом я провалилась в темноту…
Первая мысль, промелькнувшая в моем сознании, была из разряда самобичевания, типа: «Тоже мне, телохранитель!.. Так глупо и нелепо получить по башке… Дать себя нейтрализовать и подвергнуть опасности своего клиента, который доверил тебе свою жизнь… Охотникова, да ты просто тряпка, а не телохранитель…»
Я пошевелила больной головой и постаралась разлепить глаза…
Терпеть не могу, когда меня бьют сзади, будь то шея или голова. Это некрасиво, нечестно, подло и вообще, должна сказать, очень больно. Особенно когда начинаешь приходить в себя. Голову мою словно зажали в раскаленные тиски и сжимали так, что будто слышался хруст черепных костей. До сих пор поражаюсь, почему моя голова все еще держалась на хрупких плечах и не подавала никаких признаков дебилизма от частого сотрясения мозга.
Усилием воли я заставила себя быстрее прийти в сознание и разлепить наконец веки. Затем подключились другие органы чувств: слух, осязание и обоняние. Я поняла, что нахожусь, слава богу, не в каком-то темном сыром подвале, а на свежем воздухе. И подо мной не гнилые доски и не холодный каменный пол, а самая что ни на есть сочная зеленая трава. Ноздри улавливали приятный влажный воздух. А лицо обдувал теплый ласкающий ветерок.
Окончательно меня привел в чувство грубый и низкий голос:
– Кажется, наша телохранительница очухалась. – И после этого последовал противный гортанный смех.
Уже через минуту, несмотря на тянущую боль в голове и шее, я смогла пошевелиться и осознать положение, в котором оказалась по своей же глупости и неосмотрительности.
Я лежала на земле, окутанная сочной травой, на берегу озера, буквально рядом с тем местом, где мы вчера плавали вместе с Ольгой. Мои руки и ноги были связаны, отчего я не могла нормально пошевелиться, а лишь только дергалась, словно уж на сковородке. Уже не в первый раз находясь в подобной ситуации, я постаралась не поддаваться панике, а хладнокровно оценить свое положение и сделать соответствующие выводы и любой ценой постараться решить возникшую проблему. Ведь, как показывает мой богатый опыт, безвыходных ситуаций не бывает.
Для начала я постаралась хоть как-то пошевелить ногами и руками, чтобы определить надежность и прочность связывающих мои конечности пут. С ногами было все очень плачевно – их перетянули плотной узкой веревкой, а вот руки были стянуты за спиной чем-то мягким и, я бы сказала, шелковистым, похожим на капроновые колготки.
«Интересно, где они их взяли?» – промелькнула мысль. Но я тут же, не теряя времени, стала, как могла, шевелить запястьями, пытаясь ослабить узлы.
После этого, уже полностью осознав свое плачевное положение, я осмотрелась вокруг, с трудом вращая головой и глазами. Я даже умудрилась немного приподняться, опираясь на одно плечо. В нескольких метрах от себя я увидела черную машину, тоже джип, но не мой. Возле машины, облокотившись спиной на колесо, сидела Ольга. Как я успела заметить, она тоже была связана и… Мне показалось, но от ее ног шла веревка, к который был привязан увесистый камень.
«О господи! Что задумали эти уроды? И кто они вообще такие?» – в ужасе подумала я, отчего окончательно пришла в себя и могла нормально соображать.
Надо отметить, что Ольга была в сознании, только ее нижняя губа была разбита и сохранила следы засохшей крови. Ее глаза были напуганные, а встретившись взглядом со мной, она задергалась и закричала:
– Женя!.. Женя, я тут! Господи, слава богу, ты жива!..
