– Хуятно! – не сдержалась я. – В твоей умной голове даже нет ни одного конкретного предположения, ни одной стройной версии, где бы могли быть спрятаны эти… «нескромные сокровища». Пальцем в небо!
– Женя… – Оля подалась ближе ко мне, и в ее глазах снова заплясали уже знакомые мне чертики. – Пожалуйста, давай не будем спешить с отъездом. Давай хотя бы еще пару дней тут побудем, продолжим поиски…
– Где? – перебила я. – Где ты собралась делать эти поиски? Рыться в старой усадьбе и на ее территории? Не смеши мои коленки! К тому же напомню, у нас украли оборудование, а меня лишили пистолета!
– Женя, если мы отыщем клад, я куплю тебе десять пистолетов.
– Не смеши…
– Я серьезно.
– Прекрати, ты как маленькая…
– Женя, а ты не хочешь уезжать, я же вижу. Ты та еще авантюристка…
– Ты сейчас манипулируешь…
– Нисколько.
– Хватит! В первую очередь я думаю о твоей безопасности.
– Женя, но наши враги на свободе. А это значит, что и в Тарасове они могу меня снова достать. Не будешь же ты меня там охранять вечно!
Услышав это, я призадумалась. Это был аргумент, и я тоже об этом думала. Один враг точно на свободе, и неизвестно, что у него в голове. Продолжит ли он дальше свои злые деяния, подстегиваемый еще большей жаждой мести, или просто исчезнет? А вдруг просто затаится на время?
– Я сегодня же позвоню своему лучшему другу из ФСБ, и их объявят в федеральный розыск, – сказала я первое, что пришло в голову.
– Ага. – Лицо Ольги скривилось в скептической ухмылке. – Того неруся уже объявили, что за месяц найти не смогли. А он тем временем пересек почти всю страну.
– Теперь найдут, – заверила я. – Один раз подфартило, второй раз такого не будет. Не ты ли мне сама говорила, что веришь в силу возмездия.
Ольга ничего не ответила, продолжая жевать очищенные ядра. Я оставила ее одну за этим занятием и вышла на улицу, чтобы позвонить Генке Петрову, а также своим уже упомянутым ранее друзьям-коллегам из Москвы. На переговоры у меня ушло минут десять.
Я обрисовала ситуацию, в которой сейчас нахожусь, упустив некоторые моменты. Подробно описала все приметы и известные мне сведения о человеке, которого нужно искать, и, получив заверение от своих боевых друзей, что «механизм сейчас запустится», снова вернулась на веранду.
– Женя, мне нужно подумать, – выдала мне Ольга, как только я вошла.
– О чем?
– Все о том же! Понимаешь… Как бы тебе это сказать… Я чего-то упустила, где-то не додумала, чего-то не вспомнила… А ведь оно лежит на поверхности. Я уверена, что клад есть! И бабуля его где-то спрятала. Спрятала надежно и… как бы на виду. Женя, мне словно не хватает одного пазла, какого-то одного фрагмента. А где его взять? Черт!.. Я найду его! Обязательно… Но я сейчас поняла одно – мы ищем не там! Совсем не там! Не нужна нам старая усадьба, и не нужны нам металлоискатели и тому подобная дребедень… Надо… блин, надо просто понять, где искать! Понять и… пойти и забрать! Понимаешь?!
Я лишь глубоко вздохнула и коротко ответила:
– Думай!
– Вот и буду! Но думается лучше… с бокальчиком вина. – Ольга, словно воодушевившись, села на кровати. – Женя, мы идем к Зине опустошать ее винные запасы!
– О господи!
– Ну, я еще до этого тебе говорила, что пойдем к ней вечером снимать стресс после всего пережитого.
– Я не пью. Особенно… – я не стала говорить «на работе», – когда отвечаю за чью-то безопасность.
– Ты хотела сказать «на работе»! – раскусила меня Ольга. – Женя, вот иди и работай! У меня на сегодня нет уже никаких сил. Может, ты одна сходишь к этой Полине Сироткиной и пообщаешься с ней?
– И тебя оставить одну?
– Я не буду одна. Мы закроемся и будем мило… беседовать. И я не думаю, что ты надолго отлучишься.
– Ты думаешь, стоит пообщаться с этой женщиной?
– Уверена! Женя, опять же, как ты сама любишь говорить: интуиция.
– Хорошо, – согласилась я. – Я и сама хочу кое-что уточнить у этой женщины. К тому же я не привыкла сидеть без дела. Собирать информацию – это одна из составляющих моей работы. А сидеть там с вами и слушать… полупьяные бабские разговоры – нет никакого желания!
– Евгения Максимовна, ну вы и бука сегодня! – засмеялась Ольга.
– Ольга Сергеевна, а вы сегодня много едите! Потом снова придется худеть, – не осталась я в долгу.
Как и договорились – я оставила Ольгу у Зины Кащеевой, велела им запереться на все замки и никому не открывать до моего возвращения, а также телефон всегда держать при себе. На дворе уже наступил вечер и практически стемнело. Но я посчитала это время еще не поздним для своего делового визита.
Полина Николаевна оказалась полной женщиной лет шестидесяти, с умным, проницательным взглядом бывшего врача-психиатра. Сначала она смотрела на меня с подозрением и не сразу пустила в свой дом.
