– Значит, была пьяна утром. После ночи за решёткой её характер несколько улучшился. Годдард пробовал с ней поговорить, но пока ничего не добился. Она, кажется, немного не в себе. Годдард надеется, что она разговорится при Руперте. Когда её задержала полиция, то она сказала, что вовсе не подглядывала, а приехала для встречи с хозяином дома и всё объяснит ему, а полиции отчитываться не обязана. Настаивала, что знает его. Правда, сейчас от этих слов уже отказывается.
– Она приезжала посмотреть на него. – Айрис прикусила губу. – Порадоваться, что у него очаровательная жена, сын, хороший дом… И она делает это уже много месяцев.
– Получается, она каким-то образом узнала, куда делся её ребёнок. Возможно, как вы и сказали, знала с самого начала. Или сама его отдала. Вернее, отдала меня. Поэтому Годдард и приглашает нас обоих.
– Но вы едете в разных машинах. Руперт не захотел ехать с вами в одной? Или это ваша идея?
– Моя, – ответил Дэвид. – Но если бы я не сказал, что поеду отдельно, он бы сам это предложил.
– Он ведёт себя так, словно вы виноваты в том, что произошло двадцать с лишним лет назад, – сказала Айрис и тут же добавила: – Простите. Это было бестактно.
– Я получил всё то, что по праву принадлежало ему, так он говорит. И считает, что я должен… – Дэвид дёрнул плечом. – Вы вряд ли хотите всё это слышать.
– А почему вы позвали меня с собой? – спросила Айрис, чтобы уйти от неприятной темы.
В конце аллеи уже виднелись ворота парка: Аллен, зная, что скоро Дэвид тоже выедет, оставил их открытыми.
– Потому что вы знаете об этой истории гораздо больше всех остальных. Вы читали статьи про исчезновение мальчика, разговаривали с людьми в церкви. Вы единственная, у кого есть шанс поймать Марту Хьюз на лжи, если она начнёт изворачиваться. Я и Годдард знаем только ключевые факты, но этого может оказаться недостаточно. Инспектор Годдард со мной согласился, – добавил Дэвид.
Они немного поплутали по Кроли, перед тем как отыскать участок «Кинг-стрит», новенькое кирпичное здание со стеклянными дверями и большими окнами, больше походившее на клинику или детский центр, таким оно было открытым и жизнерадостным на вид.
Дэвид даже не успел объяснить дежурному на входе, кто он и зачем сюда прибыл, потому что из бокового коридора, точно поджидал их, вышел детектив-сержант Леннокс и махнул рукой:
– Это к нам!
Он провёл их по ярко освещённому коридору и открыл дверь на лестницу. К удивлению Айрис, они начали не подниматься наверх, а спускаться вниз.
Их вели в подвал?
Она вопросительно посмотрела на Дэвида, тот только покачал головой: видимо, ему тоже никогда раньше не доводилось бывать в полицейском участке.
– Давайте-давайте, – поторопил их Леннокс. – Инспектору с трудом удалось добиться, чтобы вас сюда пустили. Главный суперинтендант тут не особенно сговорчивый, тот ещё бюрократ, я вам скажу. Да и вообще мало кто радуется, когда приезжают парни из Скотленд-Ярда.
Они оказались в вытянутом помещении без окон, со светлыми дверями по периметру. Потолок был низким, Айрис легко могла бы его коснуться, если бы подняла руку. Посередине комнаты были выставлены ряды коробок, и Айрис едва не запнулась об одну из них, засмотревшись по сторонам.
– Недавно переехали, обживаются, – пояснил Леннокс. – Нам вон туда…
– Что это за место такое? – спросила Айрис. – Склад?
– Возможно, – неуверенно протянул Леннокс. – Но здесь есть кабинеты детективов. Видимо, тех, кого коллеги особенно «любят».
Леннокс открыл перед Айрис одну из дверей, и до неё долетел обрывок разговора:
– …вынужден настаивать. Я веду специальное расследование и не могу раскрывать его обстоятельств. Я в ответ не буду лезть в ваше дело с побитым констеблем, – в голосе Годдарда звучали высокомерно-начальственные нотки.
Айрис подумала, что догадывается, почему полицейские из маленьких провинциальных отделений бывали не рады приезду столичных детективов: те были не очень-то любезны.
– Надеюсь на ваше сотрудничество, инспектор, – произнёс Годдард почти что с угрозой. – И давайте покончим с этим побыстрее.
Мимо Айрис в густом облаке одеколона, не сумевшем, однако, перебить запах пота, пронёсся низкорослый мужчина с тёмными кудрявыми волосами. Широкая челюсть была недовольно выпячена вперёд.
– Уже ведут, – буркнул он себе под нос.
Айрис даже не была уверена, что Годдард его слышал.
Они вошли в просторный кабинет, где тем не менее было всего одно окно, и то узкое и под самым потолком. Сквозь запылённое стекло света проходило немного. Видимо, чтобы компенсировать это, стены были выкрашены в светло-жёлтый, почти белый цвет, отчего у комнаты был какой-то мертвенно-больничный вид.
Годдард расположился за пустым письменным столом; по другую сторону стола стоял маленький жёсткий стул. Ближе к двери, вдоль одной из стен, были поставлены разнокалиберные кресла, видимо собранные по соседним кабинетам. В самом дальнем от двери сидел Руперт.
– А она что здесь делает? – прошипел он, когда увидел Айрис.
– Доброе утро, мистер Вентворт. – Айрис постаралась изобразить улыбку.
