– А ещё во время войны, – не унимался престарелый слуга, который, кажется, помнил королеву Викторию ещё малышкой. – Вы, лорд, ещё совсем мальчишкой вернулись с фронта и всё рвались во Лондон, к дедушке. Но туман стоял такой плотный, что экипажи даже в соседний город не могли проехать. То-то… А годков двенадцать назад? Какое празднество было, сейчас уж не упомню… Туман стоял всю ночь, и танцевали до рассвета. Мы тогда хозяина до утра ждали, уснули прям тут, в холле, ну как сегодня, – беззлобно добавил он.
– Откуда туман приходит? – лорд задал вопрос, который всех тревожил.
– Да в наших предгорьях завсегда туман, только не такой сильный, из низин да трещин по сырости подымается, – пожал плечами мужчина. Он всё-таки достал видавшую виды трубку, но не закурил, а просто вертел в руках и размахивал ею, пока рассказывал. – Давеча, кстати, туман был. Нарочный едва дорогу нашёл, когда письма развозил.
Гости поместья переглянулись, что рассказчик истолковал по-своему.
– Туманище, хоть глаз выколи, – решил он добавить красок своей истории. – Да что там выколи… Потерять глаз можно!
– А кто передал нарочному письма? – мисс Фламел подалась вперёд: загадка Оффорда наконец, обретала вполне физическую форму.
– Так я ж не видел, – пожал плечами слуга, закусывая трубку. – Я дорожки проверял, а тут он спускается. А дорожка получилась хорошая – камушек к камушку! Ровнёхонькая! Лошадкам-то как удобно ездить будет.
Все задумались. Туманы здесь были явлением обычным. Что тогда встревожило словоохотливого служителя семьи Барлоу?
– А самый страшный туман на моей памяти был лет шесть, – мужчина задумался, – нет, пять лет назад.
– И что там было?
Закусив трубку, рассказчик развёл руками.
Лорд Хаттон ожидал узнать, кто ещё вовлечён в эту историю. Леди Макабр, сэр Уоррэн, он сам. Если сопоставить количество «страшных туманов» с числом гостей – выходило шесть. По одному на каждого гостя поместья Оффорд, и ещё один – накануне их приезда. Лорд никак не мог связать эти события, зато вспомнил, что примерно двенадцать лет назад они с Абрахамом Барлоу начали перестройку поместья. Там, где теперь возвышалось гостевое крыло, был обычный пустырь. Горная подошва в этом месте была ровной, и оба джентльмена решили, что это будет хорошим фундаментом. Тогда же перенесли въезд в поместье: раньше экипажи огибали дом по узкой каменистой дороге, рискуя сорваться в пропасть, теперь они подъезжали прямо к парадным дверям, где их и встречали слуги.
Мисс Фламел тоже пыталась соединить разрозненные факты, но ей не хватало деталей.
– Кем был первый пропавший? – спросила она.
– Если ж память мне не изменяет, то был старый конюх, – с готовностью ответил слуга. – Лошадей вычёсывал. Пришли, значит, на конюшню: лошадки вычесаны – его нет.
– А потом? – продолжила осторожно расспрашивать мисс Фламел.
– А потом – не помню, мисс доктор, – мужчина почесал затылок. – Я в тот год хворал часто.
Джорджиана Фламел прекрасно поняла, какого рода хворь одолела в тот год разговорчивого слугу. Как, впрочем, и все присутствующие.
– А пять лет назад?
– Молодая пара, только обвенчались. Останавливались в поместье, то есть, уже в гостевом доме Оффорд.
– Они ночевали в новом крыле? – уточнил лорд Хаттон.
– Чего не помню – того не помню.
Измотанные люди чутко дремали. Дозорные переговаривались, чтобы не уснуть, но делали это негромко, чтобы не потревожить остальных.
– Мисс Макабр, – негромко позвала мисс Фламел.
– Что? – леди не спала. Она лишь откинулась на спинку дивана и прикрыла глаза, но сон упрямо её избегал.
– Думаю, нам стоить заключить перемирие, – также тихо произнесла врач.
Леди Макабр открыла глаза, чтобы всмотреться в лицо собеседницы – не насмешка ли это? Мисс Фламел была настроена абсолютно серьёзно.
– Наши взгляды на жизнь сыграли с нами злую шутку. Но сейчас это не имеет значения: мы просто две женщины, попавшие в затруднительную ситуацию. И успех нашего спасения, полагаю, зависит от умения сотрудничать.
– Полагаю, что вы правы, – кивнула леди Макабр.
За плечом госпожи появилась Айна.
– Я послушала, о чём говорят дозорные, – не громко и всё так же на чужом для англичан языке проговорила она, обтирая влажным благоухающим платком плечи и шею леди Макабр. – Они могут быть для вас опасны. Они решили, что вы виноваты во всём происходящем, – чернокожая женщина говорила спокойно и улыбалась, стараясь не дать поводов для подозрений внимательной мисс Фламел.
– Что же делать? – на том же языке ответила леди Макабр, спокойно улыбаясь.
– Прежде всего то, что вы умеете лучше других: держать лицо, – Айна поправила причёску госпожи.
– У меня всё не идёт из головы убранство большой гостиной, – леди Макабр стянула перчатки и расположила руки на небольшой подушке, чтобы служанке удобнее было их массировать и смазывать кремом. – Оно словно было создано для меня.
