– Возможно, – Эвансон кивнул. Он всем своим видом показывал, что чихать хотел на мнение Виктора и отвечал ему либо из вежливости, либо забавы ради. – Я не имею ни малейшего желания дискутировать с Вами на эту тему. Не хочу судить, кто прав, а кто нет. Тем не менее, Вам придется задержаться здесь, пока я буду проводить собрание в зале.
Виктор хотел было возразить, но понял, что это ни к чему не приведет. Эвансон поднялся и вышел из кабинета, сказав что-то двум здоровякам, стоявшим возле дверей.
Что-то происходило вокруг, Виктор это понимал. Также он понимал, что вирус безумия, скорее всего, просто вымысел Эвансона – способ запугать население колонии. И Виктору он это сообщил именно с целью донести все до обычных рабочих. А теперь, когда этот самый Виктор исчез, как и многие другие, этим самым рабочим станет еще страшнее. Единственное, чего Виктор не мог понять – зачем Эвансону это было нужно. Впрочем, логично было предположить, что за всем этим стоит не лично этот начальник отдела информации, а кто-то другой, возможно, даже не с этой планеты. Виктору не хотелось ввязываться в эти политические игры, но, во-первых, он уже ввязался, причем по самые уши, а во-вторых, это были уже не совсем политические игры. Или, во всяком случае, политические игры нестандартного вида. Хотя откуда простому рабочему знать, какими бывают политические игры?
Делать в скучном белом помещении было решительно нечего. Стол Эвансона был не заперт, но в нем не было ничего, кроме нескольких ручек и листов чистой бумаги. В кабинете даже не было дивана, однако найдя, что кресло начальника гораздо удобнее, чем кресло для гостей, Виктор расположился в нем и закрыл глаза, предвкушая долгое ожидание и не решаясь даже думать о том, что последует за этим ожиданием.
Прошло около часа бессмысленного заключения Виктора, когда он услышал за дверями какой-то разговор на повышенных тонах. Разговор был не особо содержательным – кто-то перебрасывался короткими фразами. Внезапно послышался глухой звук удара. Затем еще один. Тут двери распахнулись, и в комнату ввалился один из здоровяков. За ним победоносной поступью вошел Натан и двумя точными ударами в челюсть нокаутировал противника. Выглядел музыкант очень внушительно, но здоровяк был значительно крупнее и явно тяжелее. Да и натренирован, наверное. Было даже удивительно, что он так быстро выбыл из строя. Музыкант вырубил профи? Все интереснее с каждой минутой.
– Ну вот, – воскликнул Натан, отряхиваясь. – А они нам говорят, что тебя здесь нет!
В комнате появились Оливер с Фридрихом, затаскивая за собой второго здоровяка, также находящегося в «нерабочем» состоянии.
– Вы что тут устроили? – удивился Виктор. – Нас же за это арестуют!
– Ну, это мы еще посмотрим! – воскликнул Оливер, потрясая кулаками. – Всех положим!
– Пошли отсюда, – скомандовал Натан, подталкивая Виктора к выходу. – Здесь уж точно нечего делать!
В коридорах по-прежнему бесцельно толпились люди. Страсти не утихали, а сплетники только еще больше разжигали панику.
– Мы здесь только тебя знаем, – говорил Натан, расталкивая локтями окружающих. – Поэтому решили, что с тобой нам будет безопаснее. А найти тебя оказалось несложно – сейчас каждый ищет в окружающем некий злой умысел. Половина колонии уже в курсе, что какие-то здоровяки увели тебя под руки.
– А половина из этой половины даже знает, куда, – добавил Оливер, стараясь маневрировать в толпе, чтобы никого лишний раз не потревожить.
– Ясно, а куда мы идем? – поинтересовался Виктор. Он уже устал удивляться – лимит на сегодняшний день был исчерпан.
– В сторону концертного зала, – ответил Фридрих. – Там явно что-то происходит.
– Давайте уж лучше найдем место, где н и ч е г о не происходит, и пойдем туда, – предложил Виктор жалобно.
– Как бы то ни было, я должен забрать свою гитару, – решительно ответил Натан, обернувшись. В этот самый момент он сшиб своим мощным телом молодого паренька, который мгновенно вскочил обратно на ноги и поспешил дальше, даже не оглянувшись. Похоже, он уже привык к подобным ситуациям. Музыкант продолжил говорить: – Я когда-то потратил на нее свои последние сбережения… и ни разу не пожалел об этом. Так что без нее я – не я.
Дальнейший разговор оказался невозможным, потому как, завернув за угол, Виктор и его товарищи увидели обезумевшую толпу, несущуюся им навстречу. Фридрих резко прижался к стене, его спутники поступили так же. Люди промчались мимо, вопя что-то нечленораздельное. Когда они исчезли за поворотом, Виктор оглядел опустевший коридор. Несколько человек были затоптаны насмерть, не было смысла и проверять это, пол побагровел от крови. Еще более неприятное ощущение вызывала наступившая вдруг тишина. Натан двинулся вперед, и его шаги гулким эхом заполнили пустоту вокруг. Виктор и остальные, переглянувшись, последовали за ним. Двери концертного зала были сорваны с петель и лежали перед входом. Внутри было пусто, некоторые сиденья были перевернуты, некоторые выломаны. На сцене тоже никого не было, но из-за кулис раздавались какие-то неприятные звуки.
