Вдруг Лиси будто окатило ледяной водой. Шона предлагал Лиси частицу вовсе не от доброты душевной.
Шона намеренно отключил Леду.
Что могло произойти, если бы Шона сразу отключил имплант матери и поволок ее восстанавливать семейные узы? Ничего хорошего. Эта Тамара, с первого взгляда ясно, женщина с сильным характером, которая не потерпит ситуации, когда за нее решают другие.
Другое дело – отключить важного для нее человека. Шона сообразил, что его мать будет стремиться тем или иным способом привести Тайгина в «Роксколл». По своей воле Тайгин, разумеется, ни за что на это не согласился бы, да и силком его не притащишь.
Тогда Шона повернул в свою пользу ссору профессора с Касом. Вырубил его, поставив отца в условия, в которых тот не мог выбирать. Тамара, как он и рассчитывал, тотчас воспользовалась ситуацией и до сих пор верила, что это ее собственная идея.
Раскручивая эту логическую цепочку, Лиси ужасалась жестокости Шоны. Ведь профессор столько пережил и до этих событий! Как Шона мог так безжалостно распоряжаться жизнью отца? И как безжалостно он использовал саму Лиси! «Впрочем, – заключила Лиси, – он и впрямь очень похож на мать».
Шона надеялся, что профессор уговорит жену покинуть «Роксколл». Может, даже сдать ключи от города и устроить счастливый семейный ужин на крыше «Нуддлз» – черт его знает.
Видимо, вариант, при котором Шоне приходится самому отключать «частицу бога» Тамары, он счел самым нежелательным. Потому, когда узнал, что Лиси готова бескорыстно помогать Тайгину, воспользовался и этой возможностью. Зачем отключать имплант Тамары, когда можно отдать его девочке, перед которой она виновата? «И если всё так, хочу ли я ему помогать?» – еще раз спросила себя Лиси.
Первая уступка, на которую она пошла, – не стала сдавать Шону профессору.
– Пусть Шона сам расскажет, – ответила она, и тут же добавила, надеясь на правильность своих выводов: – Вряд ли он замышляет что-то дурное.
Тайгин нахмурился, но кивнул. Вместе они ринулись вслед за биоником.
– Послушай моего совета, Лиситея: тысячу раз подумай, прежде чем связывать себя с кем-то узами брака, – бросил на бегу профессор. Алгоритмы Бени, настроенные на распознавание черного юмора, запустили хроно Лиси, и послышался лающий смех.
Главный холл заливал красный свет. Тамары и след простыл.
– Она, должно быть, в «аквариуме»! – сказал Тайгин.
– Что это?
– Суперкомпьютер, который мы создали для того, чтобы тестировать возможности имплантата.
– «Частица бога» привязана к нему?
– Нет. Похоже, Тамара использует его для других целей.
Они выбежали в коридор, и профессор вдруг замер.
– Ничего не понимаю… Тут все перестроено! Раньше такого не было. Тамара превратила институт в настоящий бункер!
«И моя мать помогала ей».
Они преодолели очередной поворот и вдруг оказались перед массивной дверью, больше напоминающей вход в банковское хранилище. Она плавно закрывалась. Лиси и профессор едва успели юркнуть внутрь, как за их спинами раздался рокот запирающихся замков.
Бионик стояла за стеклянной стеной у длинной консоли с рядом инфоокон высокой четкости. Даже со значительного расстояния Лиси смогла разглядеть, как у главных ворот института выстаиваются милицейские мобили. На одном из экранов Лиси увидела, как, окруженная силовиками, больше похожими на киборгов с оружием, решительно вышагивает в новеньких ботинках Фуфыря.
– А-а, Вертиго, опять, – ухмыльнулась Тамара. – И на этот раз зашла дальше обычного.
Она ввела какую-то команду. Тайгин, видимо, как и Лиси, почуявший опасность, вскинул руку:
– Тома, постой! Что ты делаешь?
Бионик обернулась и закатила глаза.
– Ну, конечно, собираюсь их убить, Михаил. Жахну электрическим разрядом, чтобы они как следует поджарились. А потом буду танцевать над их трупами.
Тайгин остолбенел от ужаса.
А хроно Лиси снова издал лающий смех.
– Ни капли не сомневалась, что ты считаешь меня злодейкой, – грустно сказала бионик и снова отвернулась к консоли. – Я всего лишь выпущу снотворный газ. Деактивирую киборгов, перенастрою на возврат в Излучинск. С госпожой главным следователем придется повозиться – я подбирала трусиху на эту роль. Но не то ошиблась с типом личности, не то занимаемая должность превратила ее в кремень. Встроенный имплант, похоже, больше не способен контролировать ее поведение. Но не беда, перенастроить его – дело пяти минут…
Лиси бросилась вперед и, прежде чем Тамара закончила ввод, повисла на ее руке. Тотчас ноги Лиси потеряли опору. Бионик подняла руку высоко, словно Лиси ничего не весила. Бионические пальцы перехватили ее запястье, и Лиси вскрикнула от боли.
Их глаза оказались на одном уровне.
– Ты ведь достаточно умна, девочка, чтобы понимать: кевлар крепче человеческих костей.
– Вы не причините мне вреда.
Время словно остановилось. Где-то далеко Тайгин, кажется, умолял Тамару отпустить Лиси. А Лиси вглядывалась в глаза женщины напротив и, к собственному ужасу, видела чересчур много.
Холодную логику. Трезвый расчет. Спокойствие. Удовлетворение, поддерживаемое стабильными дозами дофамина. Все это благодаря «частице бога».
